Дикарка Жасмин

Этого она никогда не забудет. Но ты правильно поступаешь, оберегая ее от воспоминаний. Бедная леди. — Глаза Брайды наполнились слезами. — Сколько ей выпало страданий. А что станет с маленькими? Мальчик не запомнит отца, да и девчушка еще очень мала. Они будут вспоминать только то, о чем расскажет им мать. Ах, какое несчастье!

Прибежал Куллен Батлер. С ужасом он переводил взгляд с Рована Линдли на кузину, все еще лежащую без сознания, и на Фини у подножия дерева с ремнем вокруг шеи.

— Пресвятая Богородица, спаси нас и помилуй! — Он перекрестился. — Что здесь случилось, Рори Магвайр?

— Фини, бывший государственный чиновник, застрелил маркиза, но целился он в миледи. Ее светлость распорядилась его казнить. Мы, ее верные слуги, повиновались, и с превеликим удовольствием. Если кто-нибудь из людей и достоин веревки, то уж Фини точно, святой отец.

Куплен Батлер не нашелся что ответить. Встав на колени, он отпустил грехи мужу Жасмин. Хотя Рован и принадлежал к англиканской церкви, священник не мог ему позволить лежать в земле непрощеным. И погребать Рована придется ему, потому что ближайший священник находится в Эннискиллене — слишком далеко отсюда. Затем Куплен Батлер двинулся к Фини, осенил его крестным знамением и начал шептать молитву.

— А на этого не тратьте ваши молитвы, святой отец, — проворчал Фергус Даффи.

Только после этого Куплен Батлер взглянул на кузину. Она лежала все такая же бледная, без признаков жизни.

— Мастер Магвайр, — тихо позвал он. — Вы можете отнести ее в замок? Ее слуги присмотрят за ней. Она перенесла сегодня огромное потрясение. Вы даже представить себе не можете какое. — «Да, — думал про себя Куплен Батлер, — большое горе, когда убивают мужа, но двух мужей! Перенесет ли Жасмин такую трагедию?» — Фергус Даффи, у тебя хватит храбрости отвезти письмо в Англию? Бабушке ее светлости?

— Хватит! — последовал быстрый ответ. Фергус Даффи любил свою английскую госпожу, хотя и отрицал бы это до последнего вздоха.

— Тогда пойдешь со мной в Эрн-Рок, и я все устрою. Но сначала позаботься о теле его светлости. Его надо перенести в церковь. Вон уже вороны слетаются.

Распоряжения священника были выполнены. Жасмин отнесли в ее покои, где извещенные о случившемся Рохана и Торамалли ждали хозяйку, чтобы позаботиться о ней. Тело Рована Линдли в ожидании гроба положили на алтарь в церкви. Адали, правая рука госпожи, поддерживал порядок, сумев успокоить двух кормилиц, бывших на грани истерики.

— Успокойтесь, — сказал он им, — опасности нет, и вы нужны мальчику. Если будете бояться, у вас пропадет молоко, и малыши будут голодать. Ручаюсь вам, все будет хорошо.

Торамалли и Рохана раздели хозяйку и омыли ее тело прохладной ароматизированной водой.