Дикарка Жасмин

— Кузен Куплен — это Рори Магвайр, управляющий имением. А это мой двоюродный брат Куплен Батлер, священник. Я имела в виду его, когда говорила вам, что у меня есть кое-кто на примете для Магвайр-Форда. Отец Куллен был моим наставником в Индии.

Священник пожал руку Рори Магвайру:

— Леди Линдли, я полагаю, рассказывала вам о своем детстве.

— Да, святой отец. Никогда бы не подумал, что такие места, о которых она говорила, есть на свете. Это, наверное, волшебная страна.

— Индия — страна удивительная, экзотическая, но, конечно же, не волшебная, сын мой, — ответил священнослужитель.

— А кто этот Рори Магвайр? — спросил он Жасмин, когда они остались наедине. — Где ты его нашла?

— Нашел его королевский чиновник Фини. Он привел его к нам, но из-за своей глупости так и не понял, что Рори Магвайр — хозяин Эрн-Рока. Но мы с Рованом его быстро распознали: у него хорошая речь и он знает английский. Он попросил разрешения остаться на этой земле, и мы согласились. Магвайр — хороший управляющий. Его отец — бывший лорд Эрн-Рока. Мать, младший брат и три сестры с мужьями уехали из Ирландии год назад с Конором Магвайром. Остался только Рори. Печально, не правда ли, кузен Куплен? Почему ирландцы не научатся ладить с англичанами? Ведь ничего нового нет в том, что один народ завоевывает другой.

Слушая рассуждения Жасмин, Куплен Батлер улыбнулся. За долгие годы, проведенные в Индии, он почти забыл, что значит быть ирландцем. Но сейчас он отчаянно переживал за народ своего зеленого острова.

Религия разделила его людей. Но самое трагичное — вражда между ирландцами и англичанами. Она слишком велика, чтобы ее можно было преодолеть. Ирландцы — не те люди, которые могут смириться с завоевателями, а англонорманны не любят кельтов. Хотя Куплен Батлер и знал об этом всю свою жизнь, он не мог объяснить, почему это так. Священник обосновался в Магвайр-Форде и наконец занялся тем, что любил больше всего, — служением своим собратьям. Дети, некоторым из которых исполнилось уже четыре года, были быстро крещены, два брачных союза официально скреплены, и вовремя, подумал он, потому что обе невесты были явно беременны. Каждый день Куплен Батлер служил в церкви. Рован и Жасмин посещали богослужения не часто: маркиз принадлежал к англиканской церкви, а Жасмин — Куплен Батлер улыбнулся про себя, — как и ее бабушка, к божьим вратам шла собственным путем. Он знал, что она достойна упрека, но осуждать ее он не мог.

Жасмин решила остаться в Ирландии до тех пор, пока не ожеребятся ее кобылы.

— Хотя бы до будущего года, — сказала она мужу. — Ирландия очаровательна. Я ее так полюбила.

— Но наши дети — англичане, и я хочу, чтобы они росли в Англии. В Ирландии не всегда так безопасно, — возразил муж.