Дикарка Жасмин

— Вы идете к Робину праздновать двенадцатую ночь17? — спросил Алекс Гордон."

"— Да, — ответила Скай. — Теперь, когда сюда прибыло столько шотландцев, очень важно, чтобы старые английские семьи, как семья Робина, не потерялись. Королева любит маскарады и празднества. Чем они изысканнее, тем больше ей нравятся. Как только король вступил на трон, Робин вернулся к традициям и справляет двенадцатую ночь так же гостеприимно, как его отец во времена Елизаветы Тюдор. Робин говорит, что королева обожает праздник, — грустно улыбнулась Скай. — Бесс тоже любила двенадцатую ночь, — проговорила она, позволяя воспоминаниям на секунду овладеть ею, а потом спросила:

— А ты пойдешь, Алекс?

— Да Велвет настаивает. — Он понизил голос. — К тому же это прекрасная возможность показаться Сибилле Гленкирку. Она ведет себя хорошо, мадам Скай, и королева вполне довольна моей девочкой.

В это время к ним подошла Сибилла и, не обращая внимания на бабушку, дедушку и сводную сестру, сказала.

— Папа, ты видел, какую пошлую жемчужину дала королеве Жасмин? Никогда не видела драгоценности безобразнее. Изящные брови Скай взлетели кверху:

— Твой отец нам только что рассказывал, как хорошо ты себя стала вести. А ты даже не поздоровалась ни с дедушкой, ни с сестрой, ни со мной.

Что-то ворча, девушка сделала реверанс сначала Скай, потом Адаму.

— В чем дело, Сибилла? — сверкнул на нее глазами отец. — Почему ты не приветствуешь Жасмин?

— Ее я не собираюсь приветствовать, — сердито выпалила девушка.

— Ты со всеми так груба, кого не любишь? — поинтересовалась Скай. — Ты еще, наверное, не повзрослела, как мы считали, и не готова для брака. Если будешь позволять своим чувствам главенствовать над здравым смыслом, то навсегда останешься старой девой. Вот чего я боюсь. Жаль, жаль!

Сибилла раздраженно вздохнула, но в конце концов приветствовала и Жасмин, которая небрежно ответила ей.

— Ну вот! — воскликнул Алекс. — Теперь мне нравятся мои девочки.

— Она не твоя, папа! — задохнулась от злости Сибилла. — Я твоя! Неужели и тебя она переманила, как маму? — Ее глаза наполнились слезами.

— Твой отец добр ко мне, — быстро заговорила Жасмин. — Я хоть и имею честь быть падчерицей лорда Гордона, дочерью ему приходишься только ты.

Прежде чем Сибилла смогла осмыслить ее слова, к ним подошел граф Кемпе и приветствовал их изысканным взмахом шляпы:

— Прекраснейшая, я весь вечер ждал, чтобы поговорить с тобой. Скажи только доброе слово, и я буду доволен.

— Уходи, — ответила ему Сибилла. — Неужели я нигде не буду избавлена от твоих глупостей? Почему ты мне не веришь, когда я говорю, что выйду замуж за графа Гленкирка?

— Он холодный грубиян, радость моя, — не сдавался Том Ашбурн.