Дикарка Жасмин

 — А теперь иди и не оглядывайся. Путешествуя по жизни, смотри только вперед. Воспоминания — вещь хорошая, но жить — значит повиноваться воле Аллаха. Не забывай и об этом тоже.

Адали взял госпожу за руку и быстро вывел из комнаты, где остались Акбар и Ругайя Бегум. Она не увидела искаженного горем лица отца, не услышала, как зарыдала в объятиях мужа Ругайя Бегум."

"Адали и Ясаман пересекли двор, прошли по аллее, через арки и по пешеходному мосту покинули крепость через небольшие южные ворота, где пьяным сном спал охранник. Там их ждал Куплен Батлер с лошадьми, и, вскочив на них, они поскакали к окраинам Агры, чтобы присоединиться к готовому к отправлению каравану.

Ярко светила луна, и Куплен Батлер заметил слезы на щеках Ясаман.

— Все в порядке? — наконец спросил он.

— Если я немного не поплачу, то закричу, — проглотила ком в горле принцесса. — Последние часы были просто ужасны.

— Отныне я хочу, чтобы ты говорила по-английски, — сказал он ей. — Тебе нужна практика. К тому же, если мы будем говорить на этом языке, можно не опасаться, что нас подслушают.

— Хорошо, кузен, — согласилась девушка, переходя на английский. — Мне и вправду нужно потренироваться в языке Кандры. За долгое путешествие мы можем научить и служанок правильно говорить по-английски.

Он улыбнулся, и Ясаман спросила себя, похожи ли другие ее родственники из новой семьи на этого священника. Несколько недель назад девушке объяснили, кем ей приходится отец Куплен на самом деле. Она только что потеряла ребенка, и тогда это показалось важным знаком: лишившись Ямала и плода их любви, она обрела Куплена Батлера, которого знала всю жизнь.

Они благополучно добрались до порта Камбей, и Ален О'Флахерти, как только прошел первый шок, тепло приветствовал новую кузину. После нескольких недель пути Ясаман с радостью отдохнула, пока они ожидали корабли компании «О'Малли-Смолл».

Вынужденное безделье и затворничество стали сказываться на здоровье Ясаман. Чтобы развлечь, ее повезли на рыночную площадь Камбея. В компании Алена — юной копии Куплена Батлера, — Адали и служанок она прошлась по рынку. Торговцы сразу отметили богатую госпожу, укрытую чадрой и сопровождаемую богатой свитой. Она купила несколько изумительных рулонов шелка и хлопчатых тканей, и к ее запасам прибавились новые коробки завернутого в фольгу черного и зеленого чая. Прилавок с обувью привлек ее, но она с разочарованием обнаружила, что там нет ничего на ее маленькую ногу.

— Никогда бы не подумала, — возмущенно фыркнула Торамалли, — что принцессе, как простой смертной, придется покупать на базаре туфли. Знаете, сэр, — она обернулась к Алену, — вся обувь госпожи была сделана специально для нее. Наверное, вы не представляете, как меряют ногу принцессе.