Жаркий Август. Книга вторая

Одной рукой прижимает за талию, а второй зарывается в волосы. Слышу тяжелый надрывный вздох. Его отпускает, он успокаивается, сдается. Демоны ушли.

Приподнявшись, смотрю ему в глаза, и он смотрит в ответ. Уже совсем по-другому, без холода.

Несмело касаюсь пальцами его щеки. Тимур перехватывает мою руку, и прижимает ее к губам, целуя.

— Тимур, я тебя люблю, — шепчу чуть слышно, — пожалуйста, поверь.

Он одаривает меня долгим проницательным взглядом, а потом кивает:

— Верю, — целует в лоб, — я тоже тебя люблю.

Глава 21

С самого утра настроение было на нуле, как и вчера, как и за неделю до этого. Проснувшись, долго лежал, запрокинув руки за голову, слушая тревожные голоса первых, самых ранних птиц.

Васька мирно спала рядом, по-детски подложив руку под щеку. Тимур рассматривал ее спокойное, умиротворенное лицо. Разгладилась напряженная складочка между бровей, которая в последнее время была непременным элементом их общения, красиво очерченные брови сохранили немного удивленный изгиб, длинные пушистые ресницы подрагивали. Ей что-то снилось… или кто-то…"

"В памяти опять фотография Чу с темноволосым парнем, до жути похожем на него самого. Они счастливы, и у обоих в глазах полыхают самые настоящие чувства. Любовь, которую видишь сразу, улавливаешь безошибочно, потому что она сияет, привлекая своим светом окружающих.

Бывший Васькин жених, друг Лазарева. Близкий человек для них обоих.

В душе снова клубятся сомнения, пробиваясь через ту стену спокойствия и доверия, которую он с таким трудом насильно возводил.

Хотелось верить Ваське до дрожи в руках, до щемящего чувства где-то между ребер. Верить в то, что она с ним. Именно с ним, а не с мысленным, дорогим сердцу образом. В том, что она живет здесь и сейчас, а не пытается погрузиться в прошлое, не пытается оживить кусок таких желанных, трепетно любимых воспоминаний.

Хотя кого он обманывает? Ее? Себя? Даже после того разговора по душам, когда Васька клялась, держа его за руку и заглядывая в глаза, в том, что она с ним, потому что любит его, а не потому что он так похож на ее прошлое, он не смог ей поверить до конца.

Согласился, принял ее слова, сделал вид, что все понимает, что все хорошо. Даже на некоторое время успокоился, убедил самого себя, что все в порядке. Только все это фальшивая игра. Ничего не в порядке. Сомнения никуда не делись, притаились, залегли под темный камень души, продолжая отравлять изнутри.

Вроде все выяснили, все обсудили, сделали шаг по направлению друг к другу. Только трещина, пробежавшая между ними, с каждым днем все больше расползалась. Это чувствовал он сам, с каждым днем все больше замыкаясь, погружаясь в тоскливые раздумья. Это чувствовала Василиса. Она все реже подходила к нему с улыбкой, чтобы просто обнять, взять за руку.