Жаркий Август. Книга вторая

Надо же! Явилась, и года не прошло!

Василиса, не заглядывая никуда, сразу прошла в свою комнату, тихонько прикрыв за собой дверь.

Хочет остаться незамеченной? Прячется, не желая, чтобы ее доставали? Хочет тишины и покоя?

Неприятное ощущение, когда сам горишь желанием поговорить, а от тебя закрываются, прячутся за закрытыми дверьми!

Никого не напоминает? Просто два сапога пара!

Усмехнулся своим мыслям, придавил желание отправиться за ней прямо сейчас и ушел на кухню. Все равно никуда не денется… если, конечно, опять не сбежит почти на сутки из дома.

Васька появилась в дверях спустя минут тридцать, когда он уже и не ждал, решив, что она ушла в глубокую оборону и до вечера носа из своей комнаты не покажет.

В этот момент Тимур стоял к ней спиной, но ее появление почувствовал сразу.

Девушка замерла, неуверенно топчась на пороге, и в какой-то момент даже показалось, что сейчас развернется и уйдет.

Напряженно ждал ее действий, тяжелым взглядом уставившись в окно.

Если решит уйти, то он пойдет за ней. Хватит уже бегать друг от друга.

Она не ушла, тихо вздохнув, сделала несколько шагов вперед и будничным тоном произнесла:

— Тимур, добрый день. Как дела?

Так аккуратно, так старательно приветливо, что у него даже зубы свело от ощущения, будто стена между ними с острыми испещренными краями выросла.

Видать, очень сильно обиделась, раз ночью не вернулась домой, а сейчас ведет себя подчеркнуто вежливо, как с посторонним.

Все, ушла в себя. Отступила, решив, оставить все как есть.

Неприятно, аж в животе свело.

— Отлично, — кивнул, разворачиваясь к ней лицом. Исподлобья наблюдал за тем, как она наливает кружку чая и пьет, не присаживаясь за стол, — обедать не будешь?

— Спасибо, не голодная, — пожимая плечами, смотрит куда-то в сторону, будто там что-то невероятно интересное, настолько, что глаз не отвести.

Тимур с удивлением обнаружил, что его это неимоверно раздражает, что хочется, чтобы смотрела на него, как это делала раньше. Чуть склонив голову на бок, немного иронично, капельку лукаво. Теперь, когда вынырнул из пучины раздумий, это отстраненное молчание, разлившееся между ними, тяготило.

Наблюдал за тем, как она допила чай, помыла за собой посуду.

— Ладно, не буду мешать, пойду к себе, — убрала чистую кружку в шкаф.

— Ты не мешаешь, — в голосе звенело напряжение.

— Хорошо, — она лишь кивнула, как бы принимая его ответ. Только оставаться все равно не собиралась. Вытерев влажные руки о полотенце, направилась к выходу."

"Черт, аж в груди сдавило от накативших эмоций. Она просто отступала, решив, что нет смысла продолжать попытки наладить отношения. Отказалась. Даже не так. Отпустила. Это сквозило в каждом жесте, в каждом взмахе ресниц.

С минуту стоял, ожидая, пока ураган в груди уляжется. Только все бесполезно.