Жаркий Август. Книга вторая

Сам того не желая, в несколько тихих размашистых шагов подошёл к дверям и тихо выглянул в коридор, как раз в тот момент, когда Лазарев, обнимая за плечи, завел ее в свою комнату.

Не сдержавшись, зло выругался себе под нос. Вот не наср*ть ли? Пусть куда хотят, туда и идут! Ему-то что?

Ещё злее, чем был до этого, вернулся на кухню. Внутри по непонятной причине все ходуном ходило. Недоумевая на самого себя, за непонятно откуда взявшиеся собственнические замашки, стал готовить, надеясь, что это поможет отвлечься.

Ладно, то, что бесится из-за того, что Василиса проводит все свободное время со своим другом, он понял уже давно. Ещё до того, как Васька преобразилась, сняла корсет. И про ревность неожиданную тоже давно понял. Но вот то, что творилось сейчас выходило за рамки понимания.

Тогда он был уверен, что эти двое просто близкие друзья, и ревность играла совершенно другими красками. Его просто задевало, что человек, с которым он привык проводить бок о бок каждый божий день, переключился на другого. Что ее внимание, которое так раздражало вначале, принадлежало не только ему, а ещё и наглому Ботанику.

А теперь все внезапно приобрело совершенно иной оттенок. Он внезапно понял, что его волнует не только то, что ее внимание поделено между ними, но и то, что их раньше связывало с Никитой… А может и сейчас связывает.

И больше всего бесило то, что никак не удавалось отмахнуться от этих мыслей, не удавалось убедить себя в том, что его это вообще не касается, и не должно никаким боком волновать.

Лазарев появился на кухне минут через десять. Со словами:

— Сушняк замучил, — налил себе холодной воды, залпом, большими жадными глотками выпил, как человек неделю проживший в пустыне.

Тимур лишь искоса посмотрел в его сторону, и снова отвернулся.

В одних спортивных штанах, с голым торсом, Никита стоял, опираясь на стол одной рукой, а второй устало потирал глаза. Несколько раз с силой зажмурился, тряхнул головой, налил ещё воды, и только после этого направился прочь, даже не взглянув в его сторону.

Тим раздражённо скрипнул зубами, провожая взглядом широкую спину с самодовольным разворотом плеч.

Какого хрена он тут бродит в полуголом виде? Какого хрена он вообще в таком виде?

Тихий хлопок оповестил о том, что дверь за Лазаревым захлопнулась.

— Да твою ж мать! — с силой отшвырнул в сторону полотенце.

Должно быть по х*ру, на все, целиком и полностью, а вместо этого балансирует на грани самообладания.

Лазарев с*ка, специально выводит из себя, красуется. Это же ясно как божий день. А вот что не понятно, так это на хр*на ему это надо? Заскучал? Чего он хочет добиться? На выяснение отношений вывести? Или что?

Давясь своей злостью и раздражением, Тимур делал дела, и как ни пытался отстраниться от ненужных мыслей, то и дело прислушивался.