Жар сердец

Черт бы его побрал! С каким же негодяем свела ее судьба! Да, он был красив, мужественен, временами даже очарователен, но он был непоколебим как скала и этим доводил ее до бешенства. И он еще считал, что она может оказать дурное влияние, почему она не ударила его тогда второй раз?

Ну теперь–то она будет приводить свой план в действие безо всяких угрызений совести. И начнет его воплощение в жизнь с сегодняшнего вечера. Но все же торопиться не стоит. Морган достаточно умен и понимает, что она не может изменить свое отношение к нему всего за один вечер. И вместе с тем времени у нее осталось слишком мало, чтобы терять его понапрасну. Как жаль, что в искусстве обольщения у нее нет совершенно никакого опыта! Хотя у нее и были лучшие учителя, которых только можно было найти на островах Вест–Индии, и ее обучили всем премудростям, которые должна знать леди, у нее не было никакой возможности проверить на практике силу своих женских чар. Ее отец приглашал гостей в свой дом очень редко и путешествовал по острову лишь от случая к случаю.

Однажды он взял ее на бал, который устраивал плантатор с соседнего острова. Силвер вызвала большой интерес у молодых людей, и они наперебой приглашали ее танцевать. Она обнаружила, что ей весьма нравятся и танцы, и мужское внимание. В конце того восхитительного вечера она вышла вместе с Майклом Браунингом на террасу подышать свежим воздухом.

– Вы прекраснее, чем все звезды небес, леди Салина, – почти пропел ей Майкл. Это была очень грубая лесть, но поскольку она слышала ее от красивого молодого человека в первый раз, Силвер почувствовала, что ее сердце забилось быстрее.

– Благодарю вас, Майкл. – Силвер заметила, что глаза Майкла дольше положенного задержались на вырезе ее изумрудно–зеленого платья.

– Только одна вещь может сделать этот вечер еще более совершенным, – прошептал он.

С этими словами он наклонился к ней, чтобы поцеловать. Силвер позволила ему это сделать. Она хотела знать, что содержится в этом таинственном действии, каким является прикосновение мужских губ. Обвив руками ее талию, Майкл мягко привлек ее к своей груди. Его губы были теплыми и чуть влажными, ей в нос ударил резкий запах его одеколона. Внезапно тишину летнего вечера разорвал низкий, полный гнева голос ее отца:

– Я думал, что могу тебе доверять. Мне следовало знать тебя лучше. В первый же раз, как я тебя куда–то вывез, ты опозорила меня перед друзьями.

Он обрушил на нее самые мерзкие слова, которые только могли прийти ему в голову в эту минуту. По выражению лица Браунинга Силвер поняла, что он готов вызвать ее отца на дуэль. Слава Богу, Браунинг был столь ошеломлен, что лишь молча стоял, изумленно разинув рот. На дуэли Уильям Хардвик–Джоунс убил бы его.