Жаль, не добили

Боец с немецким автоматом в руках, рвущийся в светлое самостийное будущее, смотрелся топорно, но в целом эффектно.

Там же прошел митинг с пламенными речами. Их толкали упитанные функционеры возрожденной ОУН. Ничего оригинального, националистические лозунги, идеализация и героизация Бандеры, Шухевича, дивизии СС «Галичина» и всего антисоветского подполья в целом.

Публике нравилось. Молодежь с запудренными мозгами с удовольствием хлопала. Многие вскидывали руки в нацистском приветствии.

Вадим поднялся с холодной лавки, заковылял, опираясь на тросточку, к выходу с футбольного поля, встал недалеко от турникета, закурил. Отсюда он видел всех входящих и выходящих. Гудели люди, надрывался мегафон.

Небритый мужчина в очках, с палочкой и в защитном облачении без знаков различия не привлекал особого внимания. Здесь таких было много.

В славный город Постычев, один из рассадников современной бандеровщины, Вадим Овчинин прибыл вчера вечером и остановился в переполненной гостинице. Администратор собирался придержать пару номеров, но не устоял перед суровым оком обладателя многих государственных наград. Легенда была безупречной – боевой офицер, родом с Полтавщины, в отпуске по ранению.

С доставкой к месту проведения работ особых трудностей не было. Переправка за кордон, свои люди в Днепропетровске выделили ему машину. С документами полный порядок. Прикрытие идеальное.

– Хорошо, поезжай, будем считать, что ты в трехдневном отпуске, – неохотно согласился полковник Богданов. – Но учти, Овчинин, личная месть – не совсем то, что приветствуется в нашем деле.

– Личная месть? – Вадим прохладно улыбнулся. – О чем это вы, Валерий Павлович? Мы планируем ликвидацию вражеской ДРГ, нанесшей ущерб нашей республике. А что касается внешности, то я ее изменю, не волнуйтесь.

Агент, работающий в Киеве, был уверен в том, что Касьян Гныш обязательно будет на мероприятиях в Постычеве. Он не может там не присутствовать. Местное националистическое подполье в послевоенные годы было тесно связано с именем Нестора Бабулы, героя районного масштаба. Это прадед Гныша. Тот наверняка приедет в Постычев.

Именно в этом районе в сорок шестом году была ликвидирована банда вместе с национальным героем. Его имя первым отчеканено на монументе, да и рожа каменного бандита, устремленного в самостийное будущее, скопирована с фотографии Бабулы.

Гныш уже был здесь. Вадим это знал, видел его, но пока старался не лезть на глаза, держаться подальше от этого наблюдательного демона.

Со стадиона доносились пьяные крики: «Слава героям! Смерть москалям и их отродьям! Долой липецкого соглашателя и его банду!»

«Что-то пешки нынче совсем оферзели», – подумал Вадим, отошел подальше и закурил вторую сигарету.