Зеркало для двоих

Долго выбирал цветы у уличной торговки и наконец остановился на пушистых желтых хризантемах. Но самое главное, по дороге до «Сатурна» он ни разу не попал в «пробку», приехал довольно рано и поэтому смел надеяться, что уже в половине шестого они с Юлькой будут дома, но ее на работе не оказалось… И вот теперь вишневый джип летел по шоссе, золотому от света фонарей, а Сергей успевал лишь автоматически реагировать на дорожные знаки и сигналы светофоров. Он не видел ни сверкающего по обочинам какого-то новогоднего снега, ни радостного вечернего оживления на улицах, ни смешных адидасовских реклам с изображением человеческой ступни, висящих на каждом придорожном столбе. Селезнев хотел верить в то, что она встретит его у порога, домашняя и немного смущенная, но, честно говоря, не очень удивился, когда, войдя в темную квартиру, услышал только мерное тиканье часов в повисшей ватной тишине…

Сергей встал из-за стола, выключил на кухне свет, прошел в спальню и упал на кровать, сцепив руки на затылке. Он тупо разглядывал стену, оклеенную светлыми, в мелкий цветочек обоями, и думал о том, что Юлиной маме звонить еще рано. Ни к чему пока ее волновать, да и вечер еще не кончился. Звонок в дверь может раздаться в любую секунду. Возможно, сейчас Юлька уже нажимает кнопку лифта на первом этаже, нетерпеливо давит на нее еще и еще раз, в ожидании того, что красный глазок погаснет на секунду, прежде чем загореться вновь. Скорее всего, она в своей алой курточке и джинсах, а на улице-то сегодня прохладно… Замерзла, наверное, бедная! Надо будет загнать ее в ванную отогреваться, а самому пока накрыть стол. Сергей так явственно представил себе, как Юлька ежится и подпрыгивает возле вешалки, потом стягивает с себя джинсы и начинает энергично растирать ладонями посиневшие икры, что даже не удивился, когда услышал звонок в дверь. Он быстро вскочил с кровати и кинулся открывать. Но на пороге стояла совсем не она…

Лариса очень мало изменилась за то время, что они не виделись. Да и прошел-то, собственно, всего месяц. Селезнев только сейчас впервые задумался о том, как многое в его жизни перевернулось за какие-то три-четыре недели. Вроде бы, кажется, одна женщина сменила другую, место роскошной белокурой любовницы заняла зеленоглазая шатенка, и все… Вот только слово «любовница» почему-то совсем не подходило Юльке…"

"Его бывшая женщина стояла в дверях и смотрела так, словно впервые видела в нем что-то, неизвестное ни ему самому, ни окружающим. Ее светлые волосы, распущенные по плечам, матово блестели, белоснежный полушубок в голубом свете бра казался почти лазурным. Лариса молчала, и только ее безупречные темно-розовые губы слегка подрагивали.