Чехов. книга 9. Старое зеркало

Я направился к выходу, но в дверях задержался и попросил:

— У меня к вам просьба: если не сложно, постарайтесь узнать по этому вашему «призрачному радио» про этого городского некроманта..."

"— Постараюсь, — пообещала соседка и покосилась на дверь своей комнаты. — Но после того как посмотрю «Лепно жить!».

Я улыбнулся:

— Вы уже умерли. Зачем вам передача о здоровье?

— Да какое там здоровье, Павел! Там дурная тетка мелет всякую чушь, а люди ей хлопают.

— Это кажется вам интересным?

— Ну, рыбок я пока заводить не хочу. Так что наблюдаю за глупыми людьми в телевизоре. У каждого свои слабости, Павел.

— Согласен. Главное, чтобы вы не начали лекарить домашних по советам этой тетки.

— Я ж не убогая головой, княжич, ты меня за помешанную не держи!

Она оскорбленно поджала губы, но я покосился на чайник с отваром и погрозил бухгалтеру пальцем.

— Все советы из этой передачи обсуждайте с Лаврентием Лавовичем, договорились?

— Как скажете. Он, кстати, обещался зайти к Евсееву.

— Проследите за ним, пожалуйста. Вам нужна подпитка?

— Нет, я и без нее смогу с ним общаться. Мне нравится черкать записки по старинке.

— Хорошо, — ответил я. — К нам сегодня обещалась прийти Арина Родионовна.

— Неужели вы ей позвонили? — усмехнулась женщина. — Все не послушали меня и решил поговорить по телефону?

— Она сама позвонила. И думаю, что не стоило сбрасывать вызов и катить к ней на ночь глядя через весь Петроград...

— Да, это было бы слишком. Она могла решить, что вы торопите события. Но все же, стоит признать, что сейчас романтизму нет. Нет прежней красоты, никто уже не совершает безумных поступков!

— Да, поить лошадей шампанским и стреляться на дуэлях сейчас не в чести, — подхватил я шутку.

— Ей понравились цветы?

— Да. Какие вы выбрали?

— Пионы бледного розового оттенка. Хрупкие и нежные. Я помню, что ужасно любила их запах и подумала, что Арине эти цветы тоже придутся по душе.

— Вы угадали. И спасибо вам за вашу заботу. Я должен чаще говорить вам о том, что вы много для меня делаете.

— Звучит как намек на то, чтобы я выписала себе премию, — довольно улыбнулась женщина.

— Пожалуй, — ответил я и вышел из гостиной.

Фома уже ждал меня во дворе. Он стоял у авто и о чем-то переговаривался с Ярославом. Заметив меня, парень улыбнулся, открыл заднюю дверь машины, и важно произнес:

— Прошу, вашество.

— Спасибо.

Я сел на задний диванчик. Фома же устроился на водительском сиденье, обернулся ко мне и уточнил:

— Куда едем, вашество?

Я вынул из кармана телефон, открыл сообщение от Морозова, и продиктовал адрес. Фома кивнул, завел двигатель, и машина выехала со двора.

— Тебе не кажется, что Любовь Федоровна немного не в себе? — поинтересовался я у Питерского.

— Она призрак, ей положено быть не в себе, — резонно заметил он.