Чехов. книга 9. Старое зеркало

— Пришлось нанять извозчика за двойную плату, Павел Филиппович, — раздался за дверью голос лекаря. — Думаю, что Любовь Федоровна будет недовольна тем, что ей придется возместить мне стоимость поездки.

— Как раз сейчас она ни слова вам об этом не скажет, — уверил я парня ровно за секунду до того, как он заглянул в комнату."

"— А что тут… — начал было он и замер, выронив из руки саквояж. — Искупитель! Как такое возможно?

— Вы знаете эту женщину? — хитро уточнил я.

— Павел Филиппович, вы за кого меня принимаете? — внезапно строго оборвал меня Лаврентий Лавович. — Я знаю, как выглядела Виноградова вплоть до изгиба ушной раковины. Я изучал ее фотоснимки, портреты и даже пару скульптур, которые выставлены в императорском саду в виде древних богинь.

— Серьезно? — поразилась Арина Родионовна.

— Вы изъяли тело из склепа? И решили использовать тело Виноградовой как ранее ту девицу, которую приводили на допрос… Но это кощунство. Я вам не позволю! — парень снял очки и протер их углом выбившейся из-под ремня рубашки. — Не позволю совершить это святотатство. Чтобы вы не задумали, господин некромант, я не дам вам использовать останки Виноградовой.

— Это не останки, — терпеливо вставил я.

— Даже если они были обработаны всякими химическими препаратами, это не делает их подобием игрушки. И я не позволю…

В глазах лекаря мелькнули искорки разгорающейся злобы. И я быстро смекнул, что дело идет к конфликту. Видимо, Лаврентий Лавович решил вразумить нас путем старого доброго насилия. И отбить тело мертвой, как он считает, Виноградовой. Чтобы перезахоронить.

— До чего ж он хорош, — вполголоса восхитилась Нечаева, привлекая внимание гостя.

Лекарь резко сдернул с себя пиджак, и из его кармана на пол посыпалась мелочь. Монетки зацокали по доскам, и женщина на кровати резко выдохнула. Лаврентий на мгновенье растерялся, и я поспешно произнес, пытаясь предотвратить назревающий конфликт:

— Мы думаем, что она живая.

— Кто? — ошарашенно переспросил парень.

— Любовь Федоровна, — мягко заговорила Арина, отодвигая меня в сторону. — Она все это время находилась в стазисе. И, кажется, на ней все это время был какой-то артефакт, который не давал ей уйти за грань. Если вы перестанете нервничать и взглянете на нее трезво, то заметите, что она дышит. У нее теплая кожа и сердце бьется.

— Это очень дурная шутка, госпожа Нечаева.

— Никто с вами не шутит, и вы сами можете это проверить, — уговаривала его девушка своим особенным голосом, от которого у меня по коже пробежала волна мурашек. — Мы ведь для этого вас и позвали, чтобы вы определили живая ли она, или это какая-то особенность мертвого тела.

— А где призрак? — подозрительно осведомился парень и вновь принялся вытирать запотевшие стекла очков.