Незнакомец в зеркале

Эл Карузо засмеялся и неожиданно резко спросил:

Тоби почувствовал легкое беспокойство.

– О чем вы говорите, Эл?

Карузо укоризненно покачал головой:

– Чемоданы-то все собраны. – Игриво ущипнув Тоби за щеку, он добавил: – Говорил же я тебе, что убью каждого, кто обидит Милли.

– Подождите минуту! Клянусь Богом, я не…

– Ты хороший парнишка, Тоби, но глуп как пробка. Наверное, все гении туповаты, так?

Тоби уставился на пухленького сияющего Санта-Клауса, не зная, что ответить.

– Мне ты можешь доверять, – сердечно сказал Эл Карузо. – Я твой друг. И хочу позаботиться, чтобы с тобой не случилось беды. Ради Милли, конечно. Но если не желаешь верить умным людям, что я могу сделать? Знаешь, как заставить мула слушаться?

Тоби молча затряс головой.

– Сначала нужно дать ему здоровой дубиной по голове.

Тоби почувствовал, как от страха сжалось горло.

– Пишешь левой рукой или правой? – осведомился итальянец.

– П-правой, – пролепетал Тоби.

Карузо добродушно кивнул и обернулся к громилам:

– Сломайте ее, – приказал он.

В руках одного из мужчин словно по волшебству появилась монтировка. Телохранители надвинулись на Тоби. Тоненький ручеек страха превратился в бурный поток, затопивший все его существо.

– Ради Бога, – услышал он словно издалека собственный голос. – Вы не можете сделать это со мной.

Один из гангстеров с силой ударил его в живот, и в следующую секунду Тоби ощутил невыносимую боль: монтировка опустилась на правую руку, дробя кости. Тоби свалился на пол, извиваясь в муках. Он пытался закричать, но голоса не было. Приоткрыв полные слез глаза, Тоби увидел, что над ним, улыбаясь, стоит Эл Карузо.

– Ну, теперь ты будешь слушаться? – мягко спросил он.

Тоби, не в силах говорить, слабо кивнул.

– Прекрасно, – сказал Карузо и снова приказал: – Расстегните его брюки.

Мужчина наклонился и потянул за молнию. Взяв монтировку, он небрежно подбросил пенис Тоби. Карузо постоял немного, не сводя глаз с Тоби:

– Слушай, ты счастливчик! Ничего себе штучка!

Тоби в жизни не испытывал подобного ужаса.

– О Господи… Пожалуйста… Не делайте… этого… – прохрипел он.

– Ну что ты, я в жизни не обижу тебя. Пока хорошо обращаешься с Милли, ты мой друг. Но если она хоть раз пожалуется, что ты ее ударил, что слово грубое сказал… Понимаешь, о чем я?

Носок ботинка врезался в сломанную руку; Тоби пронзительно вскрикнул.

– Я рад, что все недоразумения улажены, – расплылся в улыбке итальянец. – Свадьба в час дня.

Голос Карузо все отдалялся; Тоби чувствовал, как опускается в черный провал беспамятства. Но он знал, что нужно держаться.

– Я… не могу, – пролепетал он. – Моя рука…

– Не беспокойся. Сейчас придет доктор и все сделает. Наложит гипс, сделает укол, чтобы не болело.