Зеранг

Скорее всего протест разума перед окружающей действительностью являлся главным элементом пытки. А если оставить тут адепта надолго он с ума сойти может…

«Мне нужно время, чтобы адаптироваться…», — решил он, чуть успокоившись и направив жалкий поток энергии на матрицу Пустоты-как-Огонь, чтобы огненная энергия, которая, слава богу, все еще растекалась внутри плоского тела, отсекла все раздражающие сигналы.

Шаг второй — разделение себя на наблюдателя и куклу…

Это помогло унять бунтующее сознание. Успокоившись, Алекс проанализировал ситуацию. Его не просто поместили в измененное пространство, но и продолжали давить, блокируя источник. А чтобы пленник не помер, ему оставили тонкую струйку энергии.

Но очевидно, что тюрьма не была рассчитана на Эмиссаров с семью вратами, поэтому струйка вышла не такая уж тоненькая, однако силой отсюда Алекс все равно не выберется, а если будет слишком активно брыкаться, то лишь сообщит тюремщику свои возможности.

Вместо сопротивления лучше забить дополнительное хранилище тридцатью резервами. Это его главный козырь в разговоре с тюремщиком, если этот разговор, конечно, вообще состоится.

Второй козырь — внутреннее хранилище. Враги отняли браслет-обманку, где лежало некоторое оружие и несколько простеньких артефактов. А все остальное было на месте.

Плохо только, что ему придется ждать неизвестно сколько…

Время в плоском подвале тянулось невыносимо медленно, словно тоже было заперто в ловушке. Алекс развлекался тем, что пытался составить топологию этого места, но все мысленные конструкции разбивались о плоскую как блин реальность — одно дело придумать красивую идею двухмерного мира, а другое дело оказаться внутри него…

Спустя сутки пленник почувствовал, что его тащат наружу…

Первое, что увидел Алекс, оказавшись снаружи — два глаза, один синий, второй золотистый. Хотя золотистый был чем-то вроде артефакта, заменяющего настоящий глаз.

— Кто тебя послал? Перевозчики или крикуны? Чей ты шпион? Отвечай! — нетерпеливо воскликнул невысокий мужик, теребя в руке две пластины с эмблемами обеих школ.

Алекс скользнул глазами по помещению. Это были личные покои, а не зал с киселем. Уже хорошо. Тут он сильнее, хотя… осторожно дернувшись он обнаружил, что висит в воздухе, окутанный силовыми линиями. И из него по-прежнему откачивали энергию.

А вот это — плохо. Но пока нельзя выкладывать козыри.

— Уважаемый… не знаю вашего имени…

— Хватит болтать! Насекомым мое имя ни к чему. Выкладывай, кто тебя послал и зачем!

— У вас в руках эмблемы двух школ. Мне их вручили старейшины Зоб и Вассанда. Они всего лишь хотели разбудить вас…

— Ха! Я давно проснулся.

— Тогда я зря сюда пришел. Не могли бы вы опустить меня на пол?

— Нет! — отрезал мужик. — Я тебе не верю.