Сотрясающий землю

Артем слушал молча, со слегка побледневшим лицом.

– Как ты решился на такое? – поинтересовался он в конце концов. – Совсем спятил?

– Все ведь обошлось! Меня заинтересовал этот Той. Какой-то он странный…

– Еще бы! Внучок-то явно в дедушку пошел! Руслан всегда был злобным и наглым типом. Не понимаю, почему все девчонки от него без ума!

Никита придвинул к себе клавиатуру и открыл поисковую страницу.

«Роберт Той», – недолго думая набрал он в строчке поиска.

Артем пристроился на полу рядом с Никитой. Дома он не носил ни линзы, ни очки, поэтому практически водил носом по монитору.

«Сумасшедший ученый Роберт Той выходит на свободу!» – гласил первый же заголовок.

Никита так и подскочил на стуле.

– Я так и знал! – воскликнул он.

– Подожди, дай почитать! – Артем ткнул его в бок.

«Известный ученый выходит на свободу после восьми лет пребывания в психиатрической лечебнице «Геликон», – сообщала статья. – Роберт Той, оказавшийся в клинике после сильнейшего психического расстройства, заявляет, что полностью излечился и готов вновь приступить к работе. Хотя вряд ли ему теперь светит его прежнее место главы исследовательского института. С таким послужным списком, как у Тоя, многих не взяли бы и преподавателем в интернат для трудных подростков!»

На этом статья обрывалась.

– Из-за чего он загремел в психушку? – поинтересовался у друга Артем.

– Сейчас узнаем…

Никита открыл следующую ссылку."

"«Роберт Той, единственный оставшийся в живых сотрудник отдела метеорологии научно-исследовательского института, выписывается из «Геликона», – писалось на другом сайте. – Ставший известным после печально знаменитого дела о погибших ученых, профессор Той признался, что все эти годы не переставал работать над некоторыми научными проектами, которые готов воплотить в жизнь, если найдет хорошего спонсора. Но кто согласится работать с безумцем?»

Никита открыл следующую ссылку.

«Ученый, оказавшийся в психиатрической лечебнице после того, как угрожал своим коллегам, признан невменяемым. Роберт Той сошел с ума…»

– Он угрожал своим коллегам, – взволнованно произнес Никита. – Не тем ли, которые затем погибли?

– Не очень-то они церемонятся, эти писаки, – заметил Артем. – В открытую называют его сумасшедшим!

– Ну, если он восемь лет провел в «Геликоне»… А там держат только настоящих психов.