С небес на землю

Старый повар с каким-то музыкальным именем, то ли Цезарь Антонович, то ли Модест Петрович, готовил паровую рыбку, запекал индейку, а особенно ему удавался «гречневый пирог с морковью». Все это было вкусно, конечно, и, главное, очень здорóво – Цезарь Антонович или Модест Петрович был добыт Анной Иосифовной не в каком-то там кулинарном техникуме, а, ясное дело, в ресторане «Прага» – но иногда так хотелось сосисок, лапши из пакета и зажаренных пончиков, обильно присыпанных сахарной пудрой!..

– Значит, посылаем бойца за сосисками, – решил Береговой. – Чего еще кому охота? Печенья? Вафель? Соображайте быстрее! Сколько там у нас общественных денег?

– Восемьсот пятьдесят три рубля. Или нет, нет! Пятьдесят пять!..

– Хватит?..

Пока радостные сотрудники составляли «бойцу» список – «а еще сигарет, мы в окно покурим, дверь запрем!» – пока решали, сок или безалкогольное пиво, Владимир Береговой вышел в коридор.

…И мать выздоровеет!.. Ну, конечно, выздоровеет, такого быть не может, чтобы она все болела и болела!.. Нужно просто найти хорошего врача, который – раз, и вылечит ее! Ведь есть на свете хорошие, понимающие врачи. И вообще хороших, понимающих людей на свете гораздо больше, чем плохих, это уж точно!..

Вот Митрофанова, к примеру. Сука и сволочь, а все-таки перед ним извинилась. Конечно, ее Анна Иосифовна заставила, но ведь она извинилась!..

Стоп.

В этом состоянии из-за счастья возвращения в его собственную, единственную реку он совершенно позабыл о Митрофановой!.. И о том, что преступление как-то связано с ней – а оно точно связано!.. И если раньше ему, Владимиру Береговому, было наплевать на то, что происходит в «высших сферах», скажем так, в капитанской рубке корабля, который плыл по этой самой единственной реке, то теперь-то ему никак не наплевать!

Он должен разобраться, кто виноват во всей этой петрушке и причастна ли к преступлению Митрофанова. Ну, то есть, понятное дело, она причастна, он своими глазами видел фотографии, где ее рука вытаскивает из кармана убитого пропуск! Но как именно причастна?..

В то, что Екатерина Митрофанова могла зарезать человека в коридоре издательства, Береговой никак не мог поверить, хотя Ольга толковала ему именно об этом!"

"Очутившись под дверью ее отдела, он смутился немного, зыркнул по сторонам, как будто в том, что один сотрудник издательства пришел – исключительно по делу! – к другому, можно заподозрить нечто двусмысленное, неловкое.

– Здрасти, – слишком громко от неловкости сказал он, просунувшись в комнату, – Ольга, можно тебя на минутку?..

Ему показалось, что она недовольна его приходом – или он придумал это неудовольствие, потому что смущался и никогда не умел правильно ухаживать за девушками?..

Впрочем, он вообще не умел за ними ухаживать!..

– Ну, привет.