Межмировые капитаны для землянки (СИ)

– Ну были ли случаи, когда женщина избавилась от ребенка, спровоцировала выкидыш? – мое уточнение ввело врача в ступор, и он с подозрением посмотрел на мой еле заметный животик. – Я сейчас не о себе."

"– Нет, таких случаев не было. Если по каким то причинам женщина погибла, и ребенок оставался без матери, то его забирает отец, и малыш живет с ним до того момента, пока мужчина не придет в семью другой женщины, – я явно шокировала доктора, который все не возвращал удивленно вздернутые брови со лба на место.

– А если кто-то специально сделал так, что у женщины случился выкидыш? – я решила добить мужчину вопросами: – Подсыпал что-то в еду или отравил? – да, умею я спросить и не вызвать при этом никаких подозрений.

– Его ждет смертная казнь самым мучительным способом, и не важно, кто это совершил: мужчина или женщина, – собеседник словно чеканил слова, придавая им веса.

– Сурово, – я сделала совершенно безразличный вид и поняла, что правильно сделала, что не рассказала о том, что услышала. Если расскажу, то Дора умрет, как там док сказал, самой мучительной смертью. Даже знать не хочу, что это за смерть такая.

– Справедливо, – ответил док и помог разместиться на постели. Меня поместили в ту же палату, в которой я и была. Да, я думаю, других пациенток здесь и не было. – я передам Шарету о том, что вы некоторое время побудете здесь.

– Не стоит его сейчас беспокоить, можно ему сказать, когда он вернется домой. А так он сейчас испугается за меня и примчится, – попросила я дока. – А я пока отлежусь и посплю, может, мне к вечеру и лучше станет, – я умоляюще посмотрела на мужчину, и тот, посомневавшись какое-то время, все же кивнул.

– Хорошо, – было видно, что док не в восторге от моей просьбы. Мужчина ушел, а я задумалась. Почему он попросил оставить в секрете мою просьбу? Может, он вовсе не хочет искать Косту. Но ведь это же он предлагал Шарету использовать меня как игровую карту и поторговаться. И получить с моей помощью какие-нибудь льготы для своей страны. Если я правильно поняла, то Коста – не последний человек на Харме. Да, он вояка, но ведь на хорошем счету, а после этой удачной операции, так и вообще чуть ли не герой планетарного масштаба.

Так и не поняв мотивов, которыми руководствовался мужчина, я уснула. А проснулась оттого, что меня кто-то крепко прижимал к себе, устроившись боком на узкой кровати. Хотя почему кто-то? Это Шарет не мог поместиться и ерзал, выбирая позу поуютнее.

– Я тебя разбудил, прости, – Шарет чмокнул меня в нос, увидев, что я проснулась. – Поспи еще, я посижу в кресле.

– А что, уже утро? – я посмотрела на окна, закрытые деревянными жалюзи.