Землянка по ту сторону неба Хайд

А меня бы навсегда «заперли» в какой-нибудь местной тюрьме.

Хорошо, что он пришёл. Спас меня от страшного поступка, от убийства, я точно знала, что не смогу остановиться, после того как почувствовала липкие руки у себя на коже. Сознание начало заволакивать кровавой пеленой, в груди загорелась злоба, мне даже дышать стало тяжело, какую страшную ненависть я ощутила."

"Когда Адриан вышел из лаборатории, всё ещё похожий на какого-то демона мщения — глаза горят, в волосах пробегают молнии — мне даже показалось, что он стал выше ростом и плечи стали шире, то меня накрыло такой волной облегчения, как будто до этого я несла бетонную плиту, а потом кто-то взял и снял с меня эту ношу.

Ноги ослабли, и я, как и тогда, в зоопарке, вдруг почувствовала, что ближе, чем он, у меня никого нет. Захотелось расстегнуть его комбез и залезть прямо туда, целиком, свернуться в комочек на его широкой груди, чтобы всей кожей ощутить этот жар, которым он полыхал, забрать себе, взять хотя бы часть этих молний из его волос, стать частью его. И я, не выдержав, прижалась к Адриану и уткнулась лицом ему в грудь.

Сколько мы так простояли, я не помнила, чувствовала биение его сердца, ощущала, как постепенно уходит жар, а мне просто становится тепло, и очнулась, когда он спросил:

— На станцию?

И поняла, что нахожусь у него на руках, а он несёт меня по коридорам Вышки, а вокруг все студенты останавливаются, глядя на эту картину.

Попыталась выбраться, но он так крепко прижал меня к себе, что решила не дёргаться. Ну и подумаешь, что наследник звёздной империи носит человечку на руках, может, у него тренировки такие.

На самом деле я вдруг поняла, что мне наплевать, кто что скажет.

А вот увидев в каюте Кайру, держащую в руках мой браслет, я еле сдержалась, чтобы во весь голос не выругаться по-русски, применив нашу земную лексику. Конечно, никто бы здесь не понял, но это очень верно описало бы моё отношение к ситуации.

— За что? — спросила я арету.

А в голове было одно, что я так не поступила бы никогда даже с самым страшным врагом.

Адриан посадил меня на кровать, а сам, глядя холодными глазами на сжавшуюся под его взглядом Кайру, бросил:

— Зайди ко мне.

И отчего-то Кайра побледнела. А я подумала о том, что не хотела бы, чтобы он когда-нибудь разговаривал со мной в таком тоне.

Хотя, с чего бы ему со мной разговаривать?

25 глава

Птица

Кайра в каюту больше не вернулась, на следующий день её не было на занятиях. Адриана, как и весь его курс, я тоже не видела.

Зато вернулся Ларс. Увидев знакомую макушку — мы как раз с девочками стояли на лестнице, а он поднимался — я чуть не завизжала от восторга, так сильно обрадовалась.