Выжженая земля. Тетралогия

Но пятьдесят человек они ему в помощь дадут. Уже три с половиной сотни головорезов. Чехи? Эти будут против. Совместно с моими парнями — уже около пятисот человек. Поляки? Займут нейтралитет, как всегда. А это полторы сотни бойцов! Да всякая прочая шушера меньшего масштаба — около двухсот. Этим вообще все равно, кто у власти — была бы выпивка и развлечения. А кто у нас заведует выпивкой? Цыгане и заведуют. И развлекуха — тоже больше по их части…»

Положение становилось трудным. Но решать надо было сейчас, иначе авторитет вождя мог пошатнуться."

"— Значит, так! — стукнул по столу кулак Хашима. — Патрульные машины, говоришь? Вот и славно — временно этот патруль приостанавливаем. Сам же говоришь — надо экономить бензин! Включаем эти машины в состав группы, идущей на разведку! Все согласны?

Ответом был нестройный хор одобрительных возгласов, в котором совершенно потерялись возражения румына.

— Извини, Константин, — развел руками главарь. — Сам видишь — все «за»!

Три патрульных джипа с тяжелыми пулеметами да полтора десятка бойцов — немного, но «сохранить лицо», как говорят китайцы, удалось. Удалось Хашиму. А вот Думитреску насупился. Но возражать ему было нечего, сам подставился под удар. Буркнув что-то под нос, он с грохотом отодвинул стул и встал:

— Все?

— Да, все! — также приподнялся главарь. — Решение принято — за дело, господа!

Обсуждающая что-то на ходу толпа главарей вывалилась во двор, и это не осталось без внимания дежурных охранников.

— Смотри, — толкнул Тарч локтем своего соседа, — вон командиры с брифинга вышли! Сейчас, как всегда, к рингу пойдут. Наверняка для них что-то особенное припасли!

— Ну, хоть будет на что посмотреть, — осклабился тот.

Охваченные предвкушением нового зрелища, они оба совершенно не смотрели по сторонам. Да и не они одни — на всех прочих постах часовые, вместо того чтобы наблюдать за своими секторами, увлеченно разглядывали внутренний двор. Да и что такого интересного могло происходить снаружи? Немногочисленные местные жители, не сообразившие вовремя унести ноги от опасного соседства, давно уже были должным образом «профилактированы» (как любил говорить Олия) и никакой опасности для бандитов не представляли. Да и раньше посторонних тут насчитывалось-то совсем ничего — лагерь «беженцев» и склады специально расположили в безлюдном месте. Устроители лагеря не питали никаких иллюзий относительно морально-этических качеств его будущих обитателей. И поэтому заранее изолировали их от контактов с окружающими. Во всяком случае, приняли для этого все возможные меры. Все более-менее крупные деревни, напуганные жестоким поведением бандитов, затаились и сидели молча, стараясь не привлекать к себе внимание.

Вот и не опасались более ничего часовые.