Выжженая земля. Тетралогия

Громадные склады быстро поделили между внезапно возникшими группировками. Недавние «собратья по несчастью» (высланные властями Косова и других стран за совсем уж «выдающиеся» подвиги), еще вчера мирно ожидавшие очередной раздачи продовольственной помощи, в мгновение ока преобразовались в жестоких боевиков. И тотчас же разделились по враждующим бандам. Кто-то ухватил под себя склады с вооружением (правда, не очень многочисленные) и теперь только под совместным нажимом неохотно выдавал товарищам полагавшиеся им боеприпасы. А их требовалось много — лишь азартная пальба в воздух восторженных болельщиков ежедневно изводила по нескольку сот (а то и тысяч) патронов. Хорошо хоть гранатами не бросались…

Иные прочно обосновались на продскладах, кто-то подгреб под себя технику и автозапчасти. Своя группировка сидела и на топливном складе.

И никто не собирался жертвовать своими интересами во имя мифической общей цели…

— Хватит орать! — Хашим Олия постучал по столу рукояткой пистолета. — Вы что, полчаса потерпеть не можете? Думитреску, тебе больше всех надо?

Тот, к кому были обращены его слова, нехотя опустился на место. Невзрачный, но с сумасшедшими глазами румын только казался слабаком. На самом деле он был неплохим стрелком и опытным бойцом. Сам Олия пять раз подумал бы, прежде чем бросить ему вызов. Он еще помнил, как появился в лагере этот худощавый головорез…

В самые первые дни после катастрофы, когда еще никто толком не понимал происходящего, на шоссе, ведущем к городу, появилась колонна автомобилей. Много, около тридцати машин. На колонну с продовольствием она походила мало, на войсковой конвой — еще меньше. Там не попадались роскошные внедорожники.

Шлагбаум на въезде в лагерь не задержал грузовики ни на мгновение. Сбитый мощным бампером переднего тяжеловоза, он закувыркался в кювет. Втянувшись в лагерь, колонна притормозила.

Хашиму об этом донесли немедленно. Сев в машину, он прихватил с собою полтора десятка охранников, и небольшой кортеж двинулся на встречу с непонятными гостями.

Около переднего грузовика сидел на корточках невзрачный тип и что-то жевал. Распахнув двери кабин, за ним лениво наблюдали водители машин. Кто-то дремал, положив голову на руль.

— Ты кто такой? — наехал с ходу на невзрачного типа Олия. — Зачем шлагбаум сломал? Он денег стоит!

— Возьми, сколько тебе надо… — сквозь зубы процедил тот и бросил Хашиму под ноги пачку банкнот. — Если мало, не стесняйся, у меня еще есть…

Старший лагеря слегка оторопел. Формально лагерь считался албанским, и косовары составляли в нем большинство. Оттого и на важный пост был назначен именно представитель этой категории обитателей. Но имелись здесь и другие национальности.