Выжженая земля. Тетралогия

Курильщик он завзятый и от недостатка своего зелья страдал страшно! Даже махорку какую-то местную пользовал. Так что, когда я приволок ему аж два ящика трофейных сигарет (на всю его теплую компанию), радости майора не было предела. Пользуясь тем, что подобных табачных страдальцев, кроме него, в отделе (всего-то из четырех человек) не нашлось, он захапал их в единоличное пользование. И теперь очень бережно расходует свои запасы.

— И как?

— После отъезда основной массы мужчин там все притихло. Копошатся, что-то роют и собирают… но всерьез ничего не строят и место не обживают. Так… времянки какие-то.

Понятно, «таджики» наши на новом месте жить не намерены. Стало быть, какая-то надежда у них есть…

— Связь?

— В эфир сами не выходят, ребята слушают постоянно.

— А станция у них где?

— Вот в этом доме, — делает пометку на плане контрразведчик. — Около нее постоянно дежурят два человека.

— Включена она, интересно знать?

— С какого перепугу? Аккумуляторов у них не вагон, а «солдат-мотор» всего один. Они его крутят, когда ихний главный требует — со светом-то там хреново! Да и то — особо не покрутишь, людей уже не так много.

Из отъехавших «таджиков» около самолета отыскалось шестьдесят три человека. Никто из них не выжил — картечь разила всех подряд. Уцелевших добили ребята Грача — у них с сентиментальностью было неважно. По нашим прикидкам, еще где-то ошивалось около двух десятков крепких мужиков. Наверняка они сейчас гуртовались рядом с остатками вражеского десанта. Больших проблем эта кучка пока доставить не могла. Пока… На что-то ведь они надеются? Не просто же так в лесу сидят?

С десяток боевиков еще находится около вредного деда-курбаши. Надо думать — караулят его персону. Оружие у них есть, помимо выданных нами двустволок, охранники таскают и пистолеты — ребята ухитрились это разглядеть. Вообще, будь я на их месте и узнай о том, что нас всех пасут такие серьезные персонажи, как Гадалка с Потеряшкой, — так просто удавился бы от безысходности. Эта парочка, в сопровождении ребят Грача, сменяясь время от времени, постоянно контролировала лагерь. В редкие моменты, когда Галина появлялась в Печоре, она просто отсыпалась рядом со мною, не имея сил на что-то большее. Прижималась во сне к моему боку и тихонько посапывала, отогреваясь. А я готовил ей по утрам завтрак.

Увы, но покинуть Печору пока было невозможно. Ноздрев, хозяйничавший в Рудном, уже проел мне плешь, требуя немедленного присутствия по сотне важных дел. Пока удавалось отбрехиваться, подставляя вместо себя Лапина с Калиным. И если с полковником он спорил долго, то наш бородатый спец быстро охлаждал своего оппонента. С Германовичем действительно спорить трудно — подавляет своим напором.