Выжженая земля. Тетралогия

Если мы на этот аэродром забросим топливо? Кстати, как много его нужно?

— По три тонны на каждый вертолет. Это — как минимум. Оптимально было бы сделать две дозаправки. На пути туда и по возвращении. Тогда и лететь спокойнее — запас карман не тянет.

— Итого — порядка десяти тонн топлива. Я вас правильно понял?

— Совершенно верно, товарищ майор.

— Как много времени займет подготовка к вылету?

— Два дня.

— Даю четыре. Но проверьте все самым тщательным образом! Сами понимаете, если где-то упадем… спасать нас будет некому.

— Есть проверить, товарищ майор! — на глазах оживает летчик.

Отпустив его, прыгаю в машину и качу в порт. Этим громким именем мы окрестили старый затон, где сейчас базируется весь наш флот. Ну… пожалуй, я слегка погорячился — флотом это можно назвать с большой натяжкой…

Предупрежденный по рации, меня встречает наш главный моряк. Действительно — моряк, самый взаправдашний! И на реке уже второй десяток лет ходит, да и море ему знакомо. Виктор Федорович Капустянский, бывший начальник порта, а ныне — смотритель затона. А поскольку начальник порта пропал неведомо куда, то и все бразды правления, совершенно естественным образом, перешли в руки старого моряка. Под стать ему и его нынешнее окружение — такие же старички-бодрячки. Но дело свое они знают крепко! Наш автомеханический гений, Калин, сошелся с ними на знакомой почве. Общий язык они нашли быстро, и вскоре на старом буксире засверкали всполохи электросварки. Загнали на переоборудование и найденный в порту катер — из него пытались сделать нечто более практичное и полезное, нежели «плавучий бордель», как окрестил его Капустянский. Срезали и безжалостно выбрасывали лишние финтифлюшки и ненужные украшательства. На носу поставили КПВТ, на рубке смонтировали СГМ и АГС. Поставили более мощную радиостанцию.

Более капитальные работы велись на буксире. Туда ухитрились впихнуть дополнительные емкости для топлива. В результате чего превратили его в импровизированный мини-танкер. Хотя и за себя он тоже мог постоять — на носу грозно возвышались тонкие стволы ЗУ-23-2. А на корме караулил тыл ДШК.

Вообще говоря, кораблики получались неплохие…

Хитрый «начвоенмор» (как окрестил его полковник Лапин) моментом просек изменение своего статуса и теперь постоянно чего-то у нас требовал. Вроде бы и по делу. Хотя, убей меня кирпич, до сих пор не понимаю — зачем на кораблях нужен, например, спирт? Нет, про то, что им вроде бы как компасы заправляют, я слышал. Но здорово сомневаюсь, что его для этого надобно так много…

Хищно поводя своими пышными усами, Капустянский берет меня в оборот. Вот уж хрен тебе, старый пират! По ушам ездить я не хуже твоего умею, благо опыта хватает.