Выжженая земля. Тетралогия

Лично вам от этого ничуть не легче. Туда никто из выживших десантников все равно не дойдет. Продовольствия у вас нет, боезапас на исходе. Пройти две тысячи километров по враждебной стране? Интересный у вас анабазис получится…

Пленный не отвечает."

"— Подумайте… — встаю с койки. — Я склонен вас отпустить, рядовой. У нас не так много продовольствия, и переводить его еще и на вашу кормежку? Патронов хватает, да ваше начальство подбросило нам изрядный запас. Но тратить их на то, чтобы расстрелять одного пленного? Веревка и ближайшая береза решат этот вопрос не менее кардинальным образом! Но я не хочу более войны! Сотрудничество — вот что меня привлекает гораздо больше!

Железная дверь лязгает за нашими спинами.

— Могли бы и у нас спросить… — недовольно бурчит капитан, когда мы отошли от двери метров на десять. — Мы это и так уже знали.

— И что же он вам еще рассказал?

— Десант насчитывал девяносто шесть человек. Все — военнослужащие армии США. Подразделение подчинялось командованию специальных операций. Создано три года назад. Основные задачи — штурм укрепленных командных бункеров. Группа была сформирована на базе Рамштайн за неделю перед ракетным ударом по нам. Цель операции — захват документации по «Светлякам», опытных образцов и лиц, имеющих отношение к этому проекту.

— Интересно… Он это сам сказал?

— Не сразу. Пришлось поработать…

— Понятно… И что еще полезного он сообщил?

— Да все, собственно говоря.

— И чем мне могли помочь эти знания, товарищ капитан? Ну, выложил бы я ему эти сведения, так он моментом бы и смекнул — откуда хвост растет.

— А так вы чего добились?

— Вы заметили, как я ему представлялся?

— Ну… контрразведкой… а что?

— Не комендантом, то есть не первым лицом!

— И что это меняет?

— Первое лицо не станет лично допрашивать рядового пленного. А вот контрразведка — может. И может от своего лица сделать тому некоторые предложения…

Оба офицера с недоумением на меня смотрят. Не дошло, стало быть…

— Присядем, — киваю им на нишу в стене.

В этой нише имеется несколько ящиков с неведомым содержимым. Усаживаемся, и я располагаюсь на жесткой деревяшке с максимально возможным удобством.

— Итак — вопрос первый. Вам этот американец за каким рожном сдался? Вы его кормить до бесконечности собираетесь? Персональный лагерь ему устраивать?

— Нет… но… делать-то с ним чего?

— Использовать, — пожимаю я плечами. — С максимально возможной отдачей.

— И какая же польза может быть от такого головореза?

— Достаточно большая. Если с умом его задействовать.

Капитан с сомнением усмехается:

— Дать ему автомат в руки?

— Во-первых, — загибаю я палец, — вы их всех за идиотов не считаете ведь?

— Нет. Вот их командование — тут вопрос особый.