Выжженая земля. Тетралогия

У нас, знаешь ли, тоже кое-какие правила неписаные есть. И тех, кто их нарушает, не очень-то жалуют. Поздороваться при встрече, ясен пень, не откажутся. Но вот за стол посидеть уже не пригласят.

– Да... бывает... Ну лицо-то у нее и сейчас вполне себе ничего! Я представляю, какой она раньше-то была!

– Свят-свят-свят! Безопаснее на минном поле плясать – там шансов больше. Забудь про то, командир, как про страшный сон! И впредь никогда не вспоминай! Других, что ли, баб в округе нет?

– Х-м-м... Ну, вообще-то ни одной... Ладно! Бог с ней! На нашей стороне – и ладно.

– Она, командир, всегда на одной стороне. На своей. И уж как это совпадает с нашими планами и до какой степени – одному богу ведомо. Ты как знаешь, а я за ней посматривать буду.

– Да как знаешь... Мешать тебе не стану. Справишься?

– Черт ее знает... Видишь ли, у нас с ней уровень разный. Я-то обыкновенный войсковой снайпер. И работать привык именно в этом качестве. А она... Раньше таких ликвидаторами называли, не знаю, как сейчас. Мы с ней по абсолютно разным методикам работаем. Да и потом... Я ж ее здесь не засек, хотя и почуял. Постараюсь...

Закончив разговор, возвращаюсь к текущим делам. Раненых тащить с собою стремно, никому не известно, что там нас ожидает. Да и место это, так или иначе, кто-нибудь вновь захапать постарается. А вторично такого фокуса допускать никак нельзя. Поэтому оставляю здесь десяток бойцов. Связываюсь по рации с Рудным и прошу озаботиться направлением сюда постоянного гарнизона. Заодно и раненых обратным ходом заберут. Это вопрос срочный, и тянуть здесь некогда.

Собрав оружие и припасы, грузим все трофейное добро в грузовики. В домах отыскался еще и склад награбленного добра. Осмотрев его, испытываю горячее желание еще раз расстрелять здешних обитателей. Всех, без какого-либо исключения."

"Их тут оказалось двадцать восемь человек. И пятеро женщин. Причем одна из них была с оружием и погибла, можно сказать, на боевом посту. Вот так... Весело живем, нечего сказать...

Кстати, судя по обустройству домов, квартировало тут гораздо больше народу, чем мы положили. И это тоже явилось неприятным открытием.

Связываюсь с Орешником и излагаю ему ситуацию. Заодно рассказываю и про Гадалку, не называя, впрочем, ее по имени и позывному. Мой собеседник подтверждает факт ее нахождения в данном месте. Уже плюс!

– Орешник – Удаву.

– В канале.

– Сюда людей прислать можешь? Место стремное, бросать нельзя. Я своих оставил, но немного их.

– Посмотрим. В принципе, можно. Оружие и снаряжение есть, продуктов с собой дам, но не слишком много.

– Мы тоже кое-что оставим. На первое время хватит, а дальше подвезут.

Оговариваем с ним пароли и условные обозначения. Тут я ничего из головы не выдумывал, а, вытащив составленный для меня связистами список, шпарю прямо оттуда.