Чужая земля

— Да… А с телом что?

— Что-что… Американцы с авианосца в воду спустили, вроде как по мусульманским канонам. Конечно, лучше было бы предъявить…

— Твою мать!

Барни выругался с такой злобой, что Сосед чуть чай не пролил от неожиданности.

— Ты чего?

— Да то! Тело, значит, не предъявили. И что сказали?

— Ну… говорят, паломничества не хотят. Я так не слишком-то интересовался всем этим. Собрались, выпили пива и все. А ты что подпрыгнул?

— Да то… — досадливо сказал Барни — ты помнишь, кто такой Тахир Юлдаш?

— Региональный полевой командир Аль-Каиды, высокопоставленный член Хизб-ут-Тахрир — мгновенно вспомнил Сосед — цель высшего приоритета. На него и нас и СБС ориентировали. Погиб в две тысячи десятом в результате удара с беспилотника. А что?

— А такого ублюдка по имени Джума Намангани помнишь?

— Что-то припоминаю.

— Еще один основатель Хизб-ут-Тахрир, военный командир Аль-Каиды. Официально — погиб в две тысячи первом, в результате бомбового удара американцев.

— Что значит, официально?

— Сейчас поймешь. А кто такой аз-Заркави — помнишь?

— Глава иракской Аль-Каиды? Он же погиб в шестом.

— Да ни хрена он не погиб! — выругался Барни — все — здесь, мать их! До последнего человека.

Теперь — чуть не пролил чай сам Сосед.

— Что значит — здесь?

— То и значит, здесь. Здесь — значит — здесь. Живые, здоровые, каждый — эмир джамаата. У аз-Заркави — до трех тысяч боевиков, у Намангани и Юлдаша — до двух тысяч у каждого. Они кстати здесь враждуют между собой, у каждого свой кусок.

— Твою мать…"

"— Вот именно. И таких уродов тут — полно. Дальше — горная Ичкерия, Ичкерийский джамаат. Помнишь, кто такие чеченцы?

— Стараюсь забыть — несколько оглушено ответил Сосед.

— Так вот, их там — полна коробочка, мать их. Горы, леса — и полно чеченцев. С нами русские иногда работают, я разговоры слышал. У них такая же проблема: берут человека, сажают его на пожизненное. Потом этот ублюдок помирает в тюрьме. Или — погиб от бомбового удара. Или — подорвался на собственной бомбе. Или — убит, похоронен джихадистами неизвестно где. Но это все — фуфло. На самом деле все — здесь, до последнего человека. Везде, где нет тела, его не предъявили, не опознали — почти с гарантией ублюдок здесь окажется. Вот и тут. Если дело такое стремное, если американцы тела не предъявили — попомни мои слова, вся эта спецоперация чушь собачья. И с ублюдком придется разбираться здесь и нам. Ты, кстати, мистеру Си еще не говорил?

— МакТаубу? Его тут так тоже зовут?

Си — было от «шотландец».

— А как еще…

— Нет, не говорил.

— Скажи. Не сейчас, сейчас и так проблем хватает, но как вернемся, скажи обязательно.