Чужая земля

Город кажется вымершим, но в Мекке и других городах юга — это очень обманчивое впечатление.

— Налево.

Машины выезжают на еще более широкую улицу. По обе стороны — стоят машины, здания — здесь даже пятиэтажки имеются. Относительная цивилизация… вперед свет.

— Контакт справа!

Неизвестный — сигналит фонариком, почти спрятав его в кулаке, чтобы не видел кто посторонний. Три — два.

— Ну?

— Это он! Это Хадид.

— Первый, это второй. Контакт подтверждаю. Поосторожнее там.

— Есть.

Машины снова сворачивают, в заранее раскрытые ворота. Тут, между двумя зданиями построен то ли гараж, то ли склад. Крытый.

— Стоп.

Нива включает фары, высвечивающие группу вооруженных людей, стоящих у стен. Автоматы Калашникова с подствольниками, гранатомет РПГ — солидно вооружились.

— Это они? — спрашивает снайпер сидящего на переднем сидении боевика.

— Да. Это Хадид.

— Выходи. И не дергайся."

"Русские и шииты выгружаются одновременно. Под ногами противно хлюпает грязь, все на взводе и готовы в любой момент спустить курок. Где-то в темном небе — глухо стрекочет вертолет — орден явно не доверяет тем, с кем они здесь встречаются и напоминает что главный на их земле — все-таки он. Один из орденских сторожевиков засекли вчера на рейде, а эта машина построена так, что способна нести даже Апач. Конечно, обычный Апач отнюдь не приспособлен для того, чтобы совершать посадки на палубу — но если нет сильного волнения, и если квалификация пилота позволяет — то такой сторожевик может нести и Апач.

— Халид?

— Еврисынг кул, брадар… — улыбается бородач в черных очках.

Братья обнялись под пристальными взглядами с обоих сторон.

После небольшого разговора — Хасан подошел к русским.

— Он там, эфенди — сказал Хасан по-русски, чуть поклонившись.

Снайпер обернулся к людям из своего прикрытия, русским.

— Я пойду один. Занимайте оборону здесь, действуем по плану…

Они зашли в здание черного хода, прошли узкими, чистенькими коридорами. Здесь были какие-то исламские фонды, торговцы сидели и прочая дрянь. Поднялись на пятый этаж…

— Что там?

— Там снайперы, эфенди. Джафар очень осторожен.

— Сколько?

— Мы пока видели троих.

— Не засветились?

— Нет, эфенди.

Свежо предание…

В угловом кабинете здания — часть кирпичей была заранее вынута и заменена на такие же, но из пенопласта, соответствующим образом выкрашенные. Для наблюдения — применялся волоконно-оптический световод. Снайпер понимал, что весь просматривается и простреливается, на крышах — явно снайперы ордена, а у них — снайперские винтовки с термооптическими прицелами. На выстрел у него будет — несколько секунд, не более. И Кестраля нет[109].

— Где?

— На минарете, эфенди. Слева. Семьсот шестьдесят. Мы промерили днем, как вы и сказали.