Земля живых

Даже когда на улице целыми днями ничего не происходило, о том, как оно, нонеча, не давала забыть застрявшая меж прутьев решетки кисть руки. Ее уже доедали опарыши, но кости пока не собирались распадаться.

Зашли двое. Оба в каких-то щитках и бронях, оружейные дула внимательно рассматривают комнату. Лиц, считай, и не видно.

– Проверь коридор, – сказал звонкий, почти мальчишеский голос.

Анна Александровна тихо легла на спину, сложила ладони трубочкой у рта и четко сказала вверх в эту трубу:

Что толку? Прямо над ее головой из стены полетели куски штукатурки, на ноги посыпалось стекло. Очередь захлебнулась, послышался вскрик. Все тот же молодой голос злобно рявкнул:

– Чего ты палишь? И, твою мать, куда?

Второй голос что-то пробормотал, Анна Александровна не расслышала. На руки, прикрывавшие лицо, насыпалась колючая крошка, но двигаться она боялась.

– Где именно никого нет? – громко спросил молодой голос.

Она осторожно приподняла руки ото рта.

– По коридору направо две складские комнаты и налево туалет, дальше дверь в подъезд, она толще этой и заперта. За ней кто-то ходит. А тут никого нет, – она помедлила, – кроме меня.

– Никак живая, – удивленно сказал голос постарше.

– Не твоими трудами, – злобно добавил молодой.

– Ты мне прикладом чуть руку не сломал.

Захрустели шаги, один из них вышел в центр комнаты.

– Тетенька, что вы ели последний месяц? – спросил он как-то неестественно ласково.

– Диабетическую еду и витамины.

– Ну, тут и минералки, и просто в бутылках еще даже искупаться пару раз хватит.

– А ни на что странное не тянуло?

– Повеситься пару раз, – горько ответила Анна Александровна неожиданно для себя.

Оба голоса понимающе хмыкнули.

– Живая, – решил окончательно молодой и велел: – Вставайте. Сань, узнай пока у Китайца, как там.

Пока она выпутывалась из осколков витрины и поднималась на ноги, второй протопал к дверям. Анна Александровна медленно обошла прилавок и остановилась посмотреть своему освободителю в лицо.

Примерно ее роста, для мужчины мелкий. Глаза между шлемом и корявым щитком серые, ледяные.

– Ансанна? – вдруг спросил он.

– Ансанна? Вы ж у нас были медсестрой, нет?

Из школьного медкабинета Анна Александровна ушла в ночные дежурные уже года три как. Но гляди-ка, кто-то вспомнил.

Он повернулся, не отводя внимательного взгляда от женщины.

– Я вот думаю, мне докладывать Моисеичу, что ты нам чуть медсестру не застрелил, или смолчать?

– Сука, – неопределенно отозвался Саня.

– Если тихо, давай мешки таскать. Ансанна, думайте, что тут ценного в первую очередь и во что лучше паковать. Времени у нас полчаса в лучшем случае.

Анна Александровна кивнула и кинулась вытаскивать коробки покрепче.