Безымяныш. Земля (СИ)

Ещё один!

Но народ с перепугу по привычке сбивается в кучу. Человек семь, все из местных, замирают спина к спине, собрав круг. Копья выставлены вперёд, глаза бегают, ноги, руки напряжены.

Ёженьки… Вот так куница… Или то соболь? Окрас непонятный.

Ох, йок! Это — ласка! Но только размером с корову. Это сколько же ей лет…

А скорость отнюдь не коровья. Движения настолько быстры, что глазу не уследить. Вот зверь приподнялся на задние лапки, показав нам гребёнку острейших зубов — и вот он уже с другой стороны от охотников выплёвывает чью-то откушенную целиком голову. Сам бросок я заметить не смог. Копья же в руках безымянных даже не дёрнулись. Царь как будто прошёл сквозь них. Рубануть бы незримым клинком, да как тут попадёшь? Да ещё так, чтобы своих не задеть.

— Чего встал?! Бежим!

Шапка дёргает меня за руку.

Это Матвей не нам, а тем семерым — то есть уже шестерым — кто предпочёл бегству бой. И предупреждение к месту. Возглавляющий смелую кучку Медведушка едва не бросился на остановившегося на мгновение зверя. Тут бы ему и конец. Между нами и лаской стена огоньков. Командир успел выпустить свои искорки. Но тварь слишком хитра — обойдёт.

Нет! Бросается прямо в защитную сеть! Получи тварь! Ячейка мала — сейчас вся будешь в дырочку.

Куда там. Словно и не было ничего на пути: ни огненных искр, ни копий. Пронеслась размытой тенью сквозь строй безымянных и сплёвывает на той стороне чью-то голову.

Смотреть дальше не стал. Бегу за Матвеем.

Нет! Надо в сторону! Я мелкий — за мной погонится в последнюю очередь.

Против воли оглядываюсь. Шапка у твари в зубах. Не весь, башка только. Целиком вошла в пасть. Зубы чудища силятся откусить голову, но защитный дар вольного не даёт это сделать. Тело Шапки мотыляется из стороны в сторону. Несчастный орёт. Он пока ещё жив. Звук доносится из звериной пасти.

Не могу стерпеть. Клинки на всю длину и крест-накрест — бью, бью, бью, бью!

Я попал! Я не мог не попасть! Мечи раз за разом врезались в защитный покров, что растёкся по Шапке.

Отчего же зверь жив?

Твари хоть бы хны. Клинки проходят сквозь ласку, словно сквозь воду, сквозь тень, сквозь туман.

Бежать! Бежать! Бежать!

Куда-то несусь, не разбирая дороги. Позади крики. Они удаляются. То есть я удаляюсь. Не погналась!

Лечу птицей. Действительно царь! Эту тварь не убить! Спасение только в ногах.

Но, что мои ноги, когда зверь так быстр? Если зверь выберет меня, я пропал. Шанс один — добежать до границы владений чудовища. Для него мы — всего лишь дичь, не враги. Если ласка убила всех в отряде Фибрата, то мяса ей хватит с запасом. Зачем тебе столько, проклятая тварь? Изгони нас-дурных со своей территории и пируй себе всласть. Где граница?! Где эта незримая линия?! В каком месте мы сделали этот ошибочный шаг?!

Вижу спину! Впереди бежит кто-то из наших.