Безымяныш. Земля (СИ)

Жаль, недолго пришлось любоваться работой трудяг — вторым днём, когда местного хищника удалось отогнать окончательно, поступил приказ идти дальше. Кулакам подле стен слишком тесно. Разделились на отряды и скорым шагом, чтобы побыстрее миновать взбаламученные окрестности полиса, двинулись вперёд, постепенно расходясь в стороны. Сегодня ещё не охота — здесь дичь распугана напрочь. Просто быстро идём, а вот завтра уже будут шансы наткнуться на трофейного зверя.

Поход за добычей, но никакого азарта не чувствую. Плевал я на семена и бобы, как и на положенные за них наградные. Меня только время волнует. Три месяца — и для меня начнётся новая жизнь. Но лучше бы Ло прежде срока вернулся. По несколько раз в день призываю напарника. Пока нет его. Жду. Как появится, все проблемы взвалю на него — с Ло мы быстро придумаем, как убраться из проклятого Арха. В безымянных, да и в вольных при крашеном петухе целый оборот ходить нет желания. Не верю, что с лоскута удрать кроме как обратно на Порог невозможно.

Пока же сосредоточился на единственном, что по-настоящему важно — на своей безопасности. После нападения на полис летунов и того накатившего на меня безумия, что едва не отправило меня в Бездну без всяких нор, старюсь держать разум в холоде, подальше от пылкого сердца. За малым тогда не прикончили. Кабы не Шапка со своей защитной способностью, наверняка разделил бы судьбу Эфа. В тот день, кроме Рыжего и Домового наш отряд потерял ещё пятерых безымянных из местных. Сейчас уже новичками пополнен состав, но два предза в седмицу — потери огромные.

Не удивительно, что начальство решило не лезть в тот проклятый лес. Всю седмицу простояли на стенах, отбивая атаки твёрдо вознамерившегося истребить себя под корень зверья. Сколько тех летунов порубили в итоге — не сосчитать. Очень много. Большую часть в первый день, но и после те, силы набрав, ещё трижды кидались. Хорошо хоть, что только по светлому. Ночь — не их время.

С темнотой в дебрях Замшелой чащи просыпались другие хозяева — малочисленные, но значительно более крупные. Сухопутные спруты — как назвал этих чудищ один из Ефимовских предзов, в своё время ходивший на пароме матросом — без проблем забирались, что на великаны-деревья, что на наши, в сравнении с лесными гигантами, невысокие стены.

Отвратительный зверь. Голова с двух бизонов размером, на ней пасть, куда человек залезает на раз, и с десяток похожих на огромных склизких червей лап-хваталок. Таких только даром бить. Тут лордам и вольным спасибо — ночами на стенах дежурили. Без их помощи было бы тяжко.

Но тот лес поганый уж в прошлом. Раны мне лекари свели, палец вырастили. Пришлось, правда, денёк пострадать, пока из внутреннего города одарённые врачеватели прибыли.