Земли Хайтаны

Неужто этого ублюдка жалко?

– Нет, не жалко. Просто неприятно: ты слишком уж жестоко рассуждаешь.

– Вот такой я негодяй, – ухмыльнулся Олег. – Ты ведь знала, за кого шла?

– Ты прятал от меня свою истинную сущность. Ой! Женщина одна отстает, пожилая. Господи, ее тоже убьют, я уверена. Олег, надо ей помочь!

– Даже не надейся. Мне ее, разумеется, жаль, но пусть выкручивается самостоятельно. Нам сейчас придется нести тебя по очереди. Ты легкая, но, как сама заметила, не пушинка, так что вывод прост: никакой помощи остальным. Ты мне дороже, чем миллиард таких незнакомых женщин, тратить на них силы не собираюсь. Кроме того, что-то мне подсказывает, что она далеко не тонкая тростиночка, в отличие от тебя.

– Все равно… Как-то это жестоко… неприятно…

– Да, – согласился Олег. – Но жизнь вообще жестокая штука. Мы не благотворительная организация. Сейчас для меня важно только одно: сохранить самих себя. Все остальное вторично и на фоне главной задачи меркнет. Так что прошу тебя, помолчи: тебе вредно сейчас много разговаривать."

"Как бы в подтверждение его слов Аня затряслась в новом приступе кашля. Нахмурившись, Олег в стотысячный раз проклял тот момент, когда еще на плоту прятал нож в сапог. Ему в тот момент следовало позаботиться о свертке с лекарствами, лежащем в кармане рюкзака. Но время не вернешь: рюкзак вместе с остальным имуществом остался далеко позади.

Спешка хайтов получила объяснение вечером, когда показалась очередная крепость. Очевидно, перегоны рассчитывались таким образом, чтобы засветло преодолеть расстояние между соседними степными цитаделями. А жаль, Олег уже размечтался, что ночевать придется прямо в чистом поле, что позволяло рассчитывать на успешный побег.

На новом месте людей не оказалось вовсе – загон был пуст. Арки бесцеремонно нагребли под стену огромную кучу соломы и тростника, остальные не стали возражать против такой жадности – спорить с гладиаторами никому не хотелось. Олег устроил уютное гнездышко, уложил туда Аню. К этому моменту самочувствие ее ухудшилось настолько, что она даже не пыталась разговаривать – при первых же словах ее начинало скручивать в приступах кашля. Да и выглядела она подозрительно вялой – болезнь уверенно подтачивала ее силы, сейчас бы она не смогла пройти в быстром темпе и часа.

Как назло, звездное небо обещало холодную ночь. Аню завернули в три плаща, Олег с Эроном зажали ее меж собою, согревая своими телами, но толку от этого немного. Сейчас бы очень помог костер, но разжечь его нельзя.

Были и плюсы – пленников впервые покормили. В загон вошли несколько триллов с корзинами, вручили каждому по комку какой-то жесткой массы. Это оказалась прессованная смесь обваренных злаков, молотых корней и подсушенного мяса, без соли и специй.