Земли Хайтаны

Потертая джинсовая куртка не оставляла сомнений в его земном происхождении.

– Поселок? Из какого вы поселка?

– Из Озерного, там Комаров за главного… был.

– А из Мартовского кто-нибудь есть?

– Не знаю. А тебе зачем?

– Девушку мою там вчера захватили.

– Поищи, девушек тут хватает. Я тут третий день сижу, постоянно новый народ нагоняют. Сперва вообще никого не было, а сейчас… Сам видишь.

Оставив его в покое, Олег громко произнес:

– Аня!

– Тише ты! – шикнул мужик. – Если шуметь кто начинает, эти суки с вышки камни бросают. Одному голову пробили.

Олег не стал рисковать, решил попросту обойти весь загон – благо он небольшой. Хоть это дело заняло всего несколько минут, потрудился он немало, склоняясь над каждым пленником. Спасаясь от холода, многие кутались с головой или зарывались в смесь соломы и тростника, так что рассмотреть их было непросто. Но зато на многочисленные кучки мужчин можно не обращать внимания – уж там Аню точно не встретишь.

Обойдя весь загон, Олег остановился под самой вышкой, заскрипел зубами от бессилия – мало того что он так и не нашел жену, еще и сам в плен попал. Отставшие арки тоже занимались поисками, но на них он не надеялся – Аню бы никак не пропустил. Уже занес было ногу, делая шаг к товарищам, как замер в этом неудобном положении, остановленный кашлем за спиной.

Казалось бы, кашель – что здесь такого? Но этот кашель Олег мог узнать из миллиона. Зимой Аня пару раз болела, причем однажды как раз с сильным кашлем. Ошибки быть не могло.

Обернувшись, Олег изумленно-недоверчиво выдохнул:

– Аня!

Несколько мгновений все было тихо, он уже решил, что виновато воспаленное воображение: угол был пуст, здесь некому было кашлять. Однако тут же понял, что хрупкая девушка может скрываться за одним из столбов сторожевой вышки.

Так и оказалось.

Сперва показалась голова. Несмотря на темноту, Олег прекрасно понял, кому она принадлежит, потеряв дар речи, шагнул вперед. Аня, сверкнув недоверчивым взглядом, вдруг всхлипнула да так и замерла – не в силах шевельнуться от потрясения. Упав рядом с ней на колени, Олег затрясся, разрываясь между противоречивыми желаниями, требующими от него мгновенного свершения множества несовместимых поступков. Наконец победил голый инстинкт – он привлек жену к себе, молча сжав в крепких объятиях. В первый миг Аня показалась неживой – держалась каменной статуей, но тут же обмякла, прильнула теснее, хотя это и казалось невозможным.

– Олег, – шепнула девушка и молча зарыдала обильными слезами на его раненом плече."

"Сам едва не плача, Олег уткнулся в ее волосы и, лишь почувствовав их хорошо знакомый, родной запах, понял: это не сон и не галлюцинация. Не могут разом обманывать столько органов чувств.