Гиблые земли

— Моя дочь, Рэйя, унаследовала от матери своей матери дар видящей. Она не чувствует в тебе Тьмы, Дэймон Старк. Но чувствует нечто непонятное. Нечто, что ее беспокоит. А мой советник, Дарикс, считает, что тебя нужно испытать. У Владеющих Даром много потомков. Многих из них они сами не признают своими детьми — хотя те выглядят так же, как они. Они не обладают Силой, они не способны зажечь Меч, Разящий Тьму. Люди говорят, что именно с его помощью ты сумел упокоить горкхов. Но я привык верить собственным глазам. Можешь ли ты, называющий себя Дэймоном Старком из рода Защитников, продемонстрировать нам свою силу? Сможешь ли зажечь Меч и доказать, что ты — тот, за кого себя выдаешь? Сделай это — и я принесу тебе свои извинения при всех.

Я выдохнул. Кажется, прокатило. Если я смог активировать Клинок там, в горах, смогу и здесь. Надеюсь, после этого все вопросы ко мне отпадут и можно будет о чем-то договариваться с Орфусом.

— Могу ли я взять свой меч, великий вождь? — смиренно поинтересовался я.

— Возьми, — тот кивнул. — Но помни — мои воины следят за тобой.

— У меня нет намерения причинить вред тебе или кому-то из присутствующих, великий вождь, — проговорил я, и шагнул к Клинку, лежащему на разгрузке. Наконец-то эти непонятки с лазутчиками закончатся!

Я поднял Клинок, плотно обхватил его ладонью, встал в эффектную позу и представил себе призрачное свечение меча. Ничего не произошло. Теплой волны от затылка до ладони, сопровождавшей активацию, не последовало. Что за фигня? Сохраняя бесстрастное выражение лица, я попробовал еще раз. Ничего. Блин! Да что за хрень? Давай, падла, активируйся же!

Пусто.

Упс…

— Он врал тебе, великий вождь, — не сдерживая торжествующей ухмылки, проговорил советник. — Он украл меч — и не может им пользоваться. Он самозванец, который отвел глаза разведчикам. Он — лазутчик и осквернитель. Его нужно убить.

Орфус нахмурился, а воины напряглись и подались вперед, готовясь сорваться с места.

— Великий вождь! — послышался звонкий голос, и я выругался про себя. Корал! Блин, ну сейчас она тут устроит… Теперь нас точно четвертуют — или что здесь делают с самозванцами?

— Великий вождь, — продолжила, тем временем, девушка. — Разреши сказать слово!

Орфус, кажется, удивился, но кивнул.

— Сегодня странный день. Сегодня все говорят, не спросив — но ты спрашиваешь разрешения. Говори, кто бы ты ни была. Мы выслушаем тебя — и я скажу, наконец, свое Слово! — вождю явно не нравилось происходящее, он был обеспокоен, и ему, кажется проще было и правда объявить нас лазутчиками, не ломая себе голову. Но, как я сразу заметил, он был все же справедливым мужиком, и решил сначала дать всем высказаться."

"Корал выстпила вперед.