Властелин Огненных Земель

Битва жирных дядек!

Разбираясь в закулисных перипетиях чуть лучше, чем остальные зрители, Радгар очень скоро догадался, что король Эйлед, должно быть, вступил в заговор со Светманном и его сторонниками, предоставив им удовольствие терзать неприятеля. Но если Кровавые приняли эту не лишенную приятности задачу на себя, они наверняка согласились поддержать полученный в результате этого мирный договор. Пока он выходил настолько выгодным для Бельмарка, что устраивал даже их.

Довольно долго казалось, что шивиальцы будут сопротивляться. Процедура сделалась до невозможности занудной. Одна скучная речь следовала за другой. Уступки, на которые разрешили идти послу, были абсолютным пределом, и он никак не ожидал, что ему придется отступать до конца по каждой статье. От дипломатической карьеры лорда Кэндльфрена не осталось камня на камне. Несколько раз муут делал перерыв, чтобы дать ему возможность посовещаться со своими советниками. Радгар задремывал, размышляя, помешают ли его синяки прогуляться верхом на Исгицеле. Папа сидел молча и внимательно слушал."

"Час за часом, пункт за пунктом шивиальцы сдавали свои позиции. Последнюю, отчаянную попытку сопротивления они предприняли по первой статье, требовавшей прекращения враждебных действий и возвращения военнопленных. Многие из пленных бельцев томились в шивиальских тюрьмах или трудились на шивиальских рудниках. Бельмарк требовал, чтобы всех их немедленно отправили на родину, вне зависимости от того, что они сделали или в чем обвинялись, и одновременно категорически отказывался вернуть шивиальцев. Большую часть их давно уже продали в рабство в дальних странах, а те, что оставались под рукой, были офраллены, так что толку от них их семьям все равно не было бы никакого. Казалось, ничего не может быть несправедливее подобного подхода, но если уж папа настаивал на своих требованиях, значит, противная сторона имела полномочия согласиться на них.

Когда свет в зале начинал уже меркнуть, осунувшийся лорд Кэндльфрен встал.

— Возможно, мы могли бы принять что-то вроде названных условий, — пробормотал он едва слышно, — в случае, если бы нам удалось согласовать удовлетворительный текст Преамбулы.

Кое-кто из зрителей разразился радостными криками, но почти сразу они стихли, и в зале воцарилась недоуменная тишина. Дядя Сюневульф приказал, чтобы оба предлагаемых, взаимоисключающих варианта Преамбулы зачитали на обоих языках. Радгар уже знал, что это невинное на вид вступление к договору содержит то, что папа называл самым смертоносным жалом: признание вины. Был ли брак леди Шарлотты и короля Эйледа действителен по шивиальским законам? Если да, значит, покойный король Тайссон, и он один, должен считаться зачинщиком войны.