Здравствуй, Мир!

И, видимо, совсем не так безобидно… Не стоило забывать, что этот мир, это совсем не тот мир, к законам которого я успел за свои тридцать девять лет привыкнуть. Вот оно — очередное напоминание, оно же — наглядная демонстрация, что «здесь вам не там!».

А Король, между тем, достал откуда-то из складок мантии карту и протянул её мне. Я карту принял. И, не разворачивая, спрятал в свою сумку. Почему? Не знаю. Из вредности, наверное. Очень уж жадный и жаждущий взгляд был у Графа, брошенный на этот сложенный лист бумаги в тот момент, когда ему казалось, что я не вижу этого.

А я вот увидел. Виду, правда, не подал. Сказалась учительская привычка. Учитель ведь, что? Он видит практически всё, что происходит в любой момент времени в его классе. Вот только реагировать предпочитает далеко не на всё. Некоторым вещам или событиям, он предоставляет возможность оставаться им «незамеченными». Иначе: на всё реагировать — никаких нервов не хватит.

Собственно, приём на этом окончился. Нас дежурно-вежливо выпроводили из Зала. Потом Граф проводил меня до конюшни, где оседлал жеребца себе… и мне.

Коня. Мне. Тому, кто сроду на них не ездил. Хороший прикол. Мне понравился. Чёткий. Он же — маленькая, но до крайности эффективная месть. А хорошая месть — она ведь всегда именно такая: маленькая, но очень чувствительная. Большая или Великая месть — хороши для книжек, для приключенческих романов, но не для жизни. Почему?

Тут всё просто: «Тот, кто посвящает свою жизнь мести, роет две могилы». Это слишком верное высказывание, чтобы даже как-то его комментировать. Класть всю свою жизнь, лишая себя счастья, возможности иметь нормальную семью, любимое дело, свой угол, детей, сад, внуков, правнуков… на то, чтобы испортить жизнь другому? Это надо быть психически больным человеком. Человек нормальный, адекватный никогда такого делать не станет. Просто, потому что он нормален и адекватен. Но вот так вот: подкинуть неприятному или насолившему тебе чем-то человеку проблемку на ровном месте, при том, что самому тебе она ничего стоить не будет, не потребует каких-либо заметных усилий — это да. Это приятно. И это сплошь и рядом. Практикуется повсюду и всеми.

И даже воспринимается без особой обиды. Как должное… правда, это обстоятельство, то, что обиды не испытываешь, совершенно не отменяет того, что подкинутую неприятность или неудобство, придётся преодолевать, превозмогать, терпеть, тратить на это время, нервы и силы.

И я никому больше ничего не должен.

Так что, я с удовольствием пронаблюдал весь процесс оседлывания коня для моей героической задницы целым Графом, после чего…

— Я на этом не поеду, — скрестив на груди руки, заявил я. Выражение лица Лоруана, в этот момент было просто бесценным.