Зажигая пламя

Ноль здравого смысла. У нас все отнимут. У нас, понимаешь?

Да гори оно все синим пламенем! Пусть его нагнут как положено, по закону. И всех, кто с ним в одной упряжке. Я от этого нереально кайфану.

– Как хорошо, что ты сядешь, папа, – бросаю я, не глядя на него.

– Какой же ты идиот! – взрывается отец. – Даже Столярова намного умнее. Знала все и помалкивала.

Я так резко дергаю головой, что чувствую хруст в шее.

– Че ты несешь? Что она там знала?

– Да все она знала. Моя недалекая новая жена все ей рассказала о Марии. А потом еще и мой «дорогой» тесть сообщил мне, что все знает. Видел документы судмедэкспертизы. Предположу, Алина украла их с моего ноутбука. Шпионы вы гребаные!

Отец обхватывает руками голову.

Я глохну, слепну и немею.

Не может быть! Этого не может быть! Алина не могла знать об этом! Она не стала бы скрывать это от меня! Ведь не стала бы?!

– Ты в порядке, Егор? – Отец участливо сжимает мое плечо. – Теперь ты знаешь правду. Она причиняет тебе боль, я это вижу. И я лишь хотел спасти тебя от этой боли. Я всегда был на твоей стороне, сын. А ты…

Сглатываю. Тяжело, болезненно.

Дернув плечом, стряхиваю его руку. Сжимаю кулак и вмазываю отцу в челюсть.

Один раз… Я позволяю себе ударить его всего один раз – за маму. Бить его за боль, которую причинила мне Алина, как-то нечестно. И не имеет смысла.

Пару раз вдариваю по панели. Хочется разбить лобовуху. Все вокруг уничтожить. Сломать костяшки в мясо, чтобы переключиться на эту боль. Или вообще отключиться. Но ведь не отключишься.

Открываю дверь, выбираюсь из машины и ухожу прочь, ничего не видя перед собой.

– Собирайся! У тебя полчаса!

Я чуть не падаю с кровати. Отец коршуном нависает надо мной. Темные круги под глазами, осунувшееся лицо. Кажется, он только что вернулся. Его не было всю ночь.

– Пап, что происходит? – Я тру глаза, пытаясь проснуться.

– Мы уезжаем. Так нужно, – метнувшись к шкафу, папа достает мою сумку. – Возьми с собой немного вещей. То, что понадобится в первое время. Учебники не бери, только тетради.

Чихаю. В горле першит. Похоже, температура поднялась.

– Ты заболела. – Отец трогает ладонью мой лоб. – А вот это плохо.

– Я в порядке, – отмахиваюсь я. – Скажи лучше, что происходит и куда мы едем.

– С бабушкой поживешь. Она приедет через несколько дней, – говорит папа, покидая мою комнату.

Но мне таких объяснений недостаточно, и я упрямо иду за ним. В глаза бросается небольшая спортивная сумка отца, стоящая в прихожей. С ней он всегда ездит на сборы.

– Просто собирайся побыстрее, дочка! – прикрикивает папа, обернувшись. – Мы такое осиное гнездо разворотили… Нам опасно находиться в городе. Тебе опасно. Я тебя спрячу.

– А Юлиана остается! – Моя сестра выплывает в прихожую из своей комнаты.