Зажечь небеса

– Подача наркоза прекращена в девять часов три минуты, – сказал анестезиолог, глядя на настенные часы.

Я сидела с одной стороны кровати Уэстона, а Миранда и Пол с другой. Руби угнездилась на подоконнике. Все мы пристально следили за красными цифрами на часах, и когда те показали 9:04, Миранда сердито посмотрела на доктора Ковальчика.

– Он не просыпается. Вы же сказали, что он проснется, как только перестанут подавать лекарство.

Терпеливо улыбаясь, доктор Кей снял с шеи стетоскоп, склонился над Уэстоном и прислушался. На несколько секунд все затаили дыхание, тишину нарушало только мерное гудение аппарата искусственной вентиляции легких.

Доктор Кей наклонился еще ниже.

– Привет, Уэс! – громко проговорил он. – Слышишь меня? Ты не мог бы открыть глаза, Уэс?

– Ну? – У Миранды округлились глаза, она нервно сплетала и расплетала пальцы.

– Нужно время, – мягко произнес доктор Кей, выпрямляясь и вынимая из ушей стетоскоп. – Процесс может занять от нескольких минут до трех суток. С учетом того, что пациент находился в искусственной коме почти неделю и не приходил в сознание с момента ранения в Сирии, полагаю, пробуждение наступит скорее позже, чем раньше. И, возможно, оно будет сопровождаться побочными эффектами.

– Это какими, например? – спросил Пол.

– После пробуждения Уэс может испытывать тревогу, волнение, возможна даже агрессия. Всё это совершенно нормально, но вам следует быть готовыми.

Миранда коснулась эндотрахеальной трубки, всё еще закрепленной во рту Уэстона.

– А почему за него до сих пор дышит машина? Это тоже нормально?

– Да. Уэс должен проснуться, нам нужно убедиться, что он достаточно окреп, чтобы дышать самостоятельно.

Доктор Кей сказал несколько слов анестезиологу, тот кивнул и вышел из палаты.

– Мне нужно к другому пациенту, – сказал доктор Кей. Он указал на медсестру. – Ронда будет здесь следующие десять часов. Полагаю, вам стоит выпить кофе или перекусить, может быть, даже прогуляться. Процесс пробуждения может растянуться надолго.

– Я никуда не пойду, – заявила Миранда, озвучив мои мысли.

– Хорошо. Я скоро вернусь и проверю, как он.

Миранда взяла сына за руку.

– Он может проснуться в любую минуту, правда, малыш? Мы все здесь тебя ждем. – Она понизила голос. – Ну, почти все.

– Ну, ну, – проговорил Пол. – Коннор тоже нуждается в отдыхе и лечении. И, конечно же, Виктория должна поехать с ним, так же как и мы остаемся с Уэсом.

– «В лечении»? – воскликнула Миранда. – Ради всего святого, мы и так в больнице! Он может остаться и лечиться здесь, хотя бы до тех пор пока мой мальчик не очнется. – У нее в глазах заблестели слезы. – Уэс захочет видеть лучшего друга. Коннору следовало быть здесь.

– Миранда, они прошли через ад, – попытался урезонить ее Пол.