Зажечь небеса

Коннор коротко дернул головой – не то кивнул, не то пожал плечами.

– Мне лучше, чем им кажется. Голова временами болит, и случаются провалы в памяти, но это же нормально, учитывая, что меня накрыло взрывом, да? – Выражение его лица стало умоляющим. – Они меня не слушают. Говорят, я не могу вернуться.

Я кивнула и с трудом сглотнула.

Плечи Коннора поникли, он тяжело выдохнул, но потом резко выпрямился.

– Я кое-что тебе отправил. Тетрадь.

– Правда? Боже, Коннор, от тебя так давно не было вестей, а ты, оказывается…

– Ты ее получила или нет?

Я вздохнула. Выражение его лица смягчилось, потом в глазах появилось сожаление. Прежде мне не доводилось сталкиваться с посттравматическим синдромом, но невооруженным глазом было видно, что Коннор не контролирует свои быстро изменяющиеся эмоции. Его бросало из радости в тревогу, поэтому я постаралась говорить как можно мягче и спокойнее, чтобы моя уверенность передалась ему.

– Нет, я не получала никакой тетради. Возможно, почта работает с перебоями, а может быть, твое отправление вообще затерялось. Но это нестрашно. – Я снова его обняла. – Всё хорошо, Коннор. Я так рада, что ты вернулся…

Коннор вдруг замер, а потом бережно отвел мои руки.

– Ты не получила посылку?

– Нет, Коннор, не получила.

Я присела на край его больничной кровати, а он начал медленно расхаживать туда-сюда, то и дело проводя пятерней по волосам.

– Уверена, – мягко подтвердила я. – Когда ты ее отправил?

Он остановился, двумя пальцами ущипнул себя за переносицу, болезненно поморщился.

– Сразу после… после взрыва. Кажется. Не могу… не помню. Черт. Она потеряна. Проклятие, я ее потерял. Ничего не могу нормально сделать, ничегошеньки.

– Эй, – сказала я, вставая. – Всё хорошо. Иди сюда. Давай присядь. Не пытайся сразу осмыслить всё происходящее. Ты еще нездоров. Не будь так требователен к себе, хорошо?

Коннор присел на корточки и повесил голову. Я погладила его по спине, и спустя мгновение он поднял на меня глаза – в них стояли слезы.

– Я сделал кое-что плохое, – хрипло проговорил он.

– Что?.. – Я покачала головой. – Нет. Война… ужасна. Ты оказался в страшной ситуации, происходили чудовищные вещи. Тебе не нужно ничего объяснять.

– Не там. Здесь. Я плохо поступил с тобой.

– Что ты имеешь в виду?

– И с Уэсом. – Широкая спина Коннора ходила ходуном, как кузнечные мехи, он говорил с трудом. – Я разрушил его жизнь. Если он вообще жив. Я разрушил его…

Он затрясся от рыданий и закрыл лицо здоровой рукой. Я хотела его обнять, но его содрогающееся тело было слишком большим и мощным. С таким же успехом можно было пытаться удержать потрескавшийся валун, который вот-вот разлетится на куски.

– Это не твоя вина, Коннор, – сказала я. – Нет, нет, ты не виноват.