Все радости - завтра

— Вы, — прошипела она, направив на него свой пухлый палец, — быстро приведите мадемуазель Туше!

С лицемерно-радостной улыбкой, поспешно поклонившись, герцог Алансонский покинул собравшихся.

— Разумеется, мадам, немедленно!

Из соседнего помещения вскоре вышла любовница короля мадемуазель Туше. Увидев, как расстроен король, она бросилась к нему с легким вскриком и начала успокаивать его, поглаживая и что-то шепча на ухо. Королева-мать, удовлетворенная, кивнула и сделала остальным знак следовать за ней. Испуганный король даже не видел, как они удалились.

В коридоре королева повернулась к герцогу Анжуйскому и де Гизу.

— Я говорила то, что думаю. Если что-нибудь случится с герцогом Наваррским или принцем Конде, вы недолго проживете после того, как я узнаю об этом. Вы знаете, я никогда не угрожаю впустую, господа.

— Когда мы это сделаем? — спросил герцог Анжуйский.

— Идемте ко мне и поговорим об, этом подробнее, — ответила его мать, удаляясь от кабинета короля. Войдя в свои апартаменты, она жестом приказала всем служанкам убраться и, повернувшись к спутникам, заявила:

— Нужно сделать это сегодня ночью.

— Но мы просто не успеем, — ответил де Гиз, оценивая ситуацию по-военному.

— Другого времени не будет, — сказала Екатерина, — сейчас Колиньи лежит раненый, но завтра или через день он оправится и пойдет к королю, чтобы обвинить нас. Тогда все пропало! Итак, остается только эта ночь, только сегодня! Пока Колиньи не успел получить аудиенцию у короля!

— Еще не вечер, — размышлял вслух де Гиз. — Если постараться и разнести эту весть среди наших, мы бы успели. Если мы начнем, к нам присоединится весь Париж! Да, пожалуй, мы успеем справиться. Мы начнем в два часа ночи, когда пробьют куранты. Это устроит ваше величество? По-моему, подходящее время!

— Да, — ответила королева, — согласна. В это время все богобоязненные гугеноты будут спать у себя в домах. Все хорошо, за исключением того, что в это время мой зять дает последний бал по случаю его брака с моей дочерью. На следующий день Марго и Генрих отправляются в свадебное путешествие в Шинон, чтобы отдохнуть от шумного двора.

— И все-таки я считаю, что Наваррского тоже надо прикончить, — пробормотал герцог де Гиз.

— Зачем же? Чтобы легализовать — разумеется, после убийства вашей жены — непристойный союз с моей дочерью? Не выйдет, Гиз! Довольно с вас того, что я не приказала силой выдворить вас из постели моей дочери последние три дня, пока Генрих Наваррский играл с герцогом Алансонским.

— Мадам! — попробовал возмутиться герцог де Гиз, но Екатерина только махнула рукой.

— Не стоит отрицать очевидные истины, месье. Это не имеет отношения к делу. Важно, что сегодня ночью наши дорогие гости, Конде и Наваррский, развлекаются.