Все радости - завтра

Но ты должна была убедиться, что твой враг погиб. Больше она никогда не сможет навредить тебе, Скай. — Он протянул руку и коснулся ее щеки. — Какая добрая душа скрывается в твоем прекрасном теле, дочь моя! После всего случившегося ты еще можешь плакать из-за гибели столь страшного врага. Ведь она не стала бы плакать о тебе!

— Скорее всего нет, Осман, но своими последними часами она искупила зло. Меня угнетает, что судьба сделала нас врагами.

Осман пожал плечами:

— На все воля Аллаха, Скай, и не нам оспаривать его волю.

Паланкин остановился и опустился. Осман раздвинул занавески, вылез наружу, повернувшись, чтобы помочь Скай. Они оказались прямо перед трапом ее корабля. Не говоря ни слова, она поспешила вверх, астролог двинулся следом. Только оказавшись в безопасности кают-компании, она сорвала с себя покрывало. Ее глаза блестели от непролитых слез. Она порывисто ухватила его за руки и начала лихорадочно целовать их.

— Спасибо, друг мой, — срывающимся голосом произнесла она наконец. — Спасибо за все. За горизонтом меня ожидает муж, которого бы я не получила обрат но, если бы не ты и твоя семья, Осман. Я навечно в долгу перед тобой! Я и мои дети будем вспоминать о тебе в своих ежедневных молитвах всю жизнь. Ты вернул самое дорогое для нас: мужа и отца.

Осман по-отечески обнял ее, чтобы скрыть выражение своего лица — лучше ей было не видеть его.

— Скай, дочь моя, все, что ни случается, — на все есть воля Аллаха, и это — наша судьба, запомни это. Не пытайся уйти от судьбы, какой бы она ни была. Доверься Создателю, который позаботится о тебе для ведомой только» Ему цели. Иногда кажется, что ночи нет ни конца ни края, но все-таки потом появляется огонек надежды, который рассеет ночь. И это я обещаю тебе.

Она освободилась от его объятий и улыбнулась — это была ее первая настоящая улыбка, которую он видел за все эти месяцы.

— Я учусь этому. Осман, постепенно, медленно, но учусь. Я попытаюсь поверить, не важно во что, но попытаюсь. Сейчас же впереди у меня — только счастье. Мы с Найлом вернемся в Ирландию, и я вряд ли снова пущусь в странствия.

Осман тоже улыбнулся ей:

— Будь счастлива, Скай. Аллах знает, что ты заслужила этого больше, чем многие другие.

— А мы встретимся снова, Осман? — вдруг ее одолело любопытство.

— Может быть, — ответил он и, подняв руку в знак прощания, покинул борт судна.

Трап подняли, матросы отдали концы. Когда судно отошло от причала, Скай плотно затворила дверь каюты и начала медленно освобождаться от своих одежд. Она молча провожала взглядом каждый падающий шелковый предмет, проведя по нему на прощание рукой, и в ее сознании теснились воспоминания.