Все радости - завтра

Да, она ударила его кинжалом, но умер ли он? И смыл ли его тело прилив? Мананнан Маклир обычно возвращает ненужные оболочки тех, чьи души он уже получил. Тело же Найла так и не нашли. Может, он не погиб, а просто был ранен и, возможно, остался в живых. А твой друг Осман как-то узнал об этом! — торжествующе заключил Мурроу.

— Боже! — воскликнула Скай, пораженная логикой сына. — Да ты просто мудрец, Мурроу! У тебя способности к логике! — На миг она позабыла о собственных проблемах. — Может, это то, чего ты хочешь? Стать ученым?

— Я собираюсь, — сказал он улыбаясь. «Он только использовал соображения простого здравого смысла, размышляя над этой ситуацией, да и вообще, что за странное время для обсуждения его планов?»— подумала Скай. Но, Бог знает, увидит ли он снова мать, если она ринется в Алжир разыскивать Найла Бурка…

— И где ты хочешь учиться? — настаивала она.

— В Оксфорде, в Мертонском колледже, — быстро ответил он.

— Твой отец учился в Париже… — Не так уж часто она вспоминала о Доме О'Флахерти, — и что из этого вышло? — Она улыбнулась ему. — Когда я вернусь из Алжира, я прослежу за твоим поступлением в Оксфорд, Мурроу. Но это означает, что вам с Джоан придется повременить со свадьбой. Ты не возражаешь?

— Займись лучше этим сразу, — спокойно сказал он, — ведь ты не знаешь, сколько придется искать Найла, а мне трудно еще год изображать из себя щегольского пажа в имении графа Линкольнского. Робби обожает двор, и он, несмотря на возраст, один из знатнейших английских дворян. А я — другое дело, я ирландец, и кое-кто из англичан этого просто не переносит.

— Кто осмелился унизить тебя? — сердито спросила она. Но Мурроу быстро успокоил мать:

— Никто, мама. Я ведь сын графини Линмутской и брат графа Линкольнского. У меня отличное содержание, что обеспечивает множество друзей, да и графиня Линкольнская — сама ирландка. И какой же дурак посмеет оскорблять личного пажа Элизабет Фицджеральд? И все же постоянно приходится сталкиваться с разными намеками и легкими упреками, которые мне приходится выслушивать, делая достойную мину. Ведь если я не выдержу и вспылю, меня назовут задиристым ирландцем. Мама, мне не нравится двор, и я знаю, что нахожусь там только для того, чтобы завоевать земли для себя и Джоан. Но Джоан — она как я, она робка и нежна. Она хочет только того, чтобы стать моей женой и в мире и покое растить наших детей.

И я хотел бы учиться в Мертоне. А потом — Ты удивишься — выйти в море. Я хотел бы стать капитаном на одном из твоих кораблей, мама. Ты говорила, что у меня не будет недостатка в деньгах, значит, я смогу купить хороший дом с прелестным садом, где буду жить с семьей в промежутках между путешествиями. Джоан почти на три года младше меня, она еще совсем девчонка.