Завтра на двоих

Но, может, Игорь сам как-нибудь вернется за ними? Он-то знает, куда. Хорошо бы, если б вернулся! Тогда она хоть наверняка бы узнала о том, что он жив и здоров! Потому что сейчас у нее на этот счет все еще были сомнения. А хотелось бы, чтобы у этого парня все было хорошо. Потому что он и так уже достаточно пострадал, и ладно бы из-за чего, а то ведь из-за своего собственного благородства, пытаясь заступиться за девочку. Мысль об этой бедняжке впервые пришла Лерке на ум за прошедшее время. И, похоже, пришла для того, чтобы прочно там обосноваться. Лерка на всякий случай тщательно протерла часы салфеткой и спрятала их подальше от посторонних глаз. И замерла, не торопясь возвращаться к девчонкам, на кухню. Страшный рассказ о девочке-подростке, как-то потускневший в сознании на фоне развернувшихся потом событий, вдруг вспомнился ей во всех деталях, какие могло добавить воображение. И уже не отпускал. Лерка вдруг со всей отчетливостью поняла, что вот сейчас, пока она будет гонять на кухне чаи, где-то на трассе совсем еще юной девочке калечат судьбу, здоровье и – самое главное – психику. Лерка, наверное, с ума бы сошла, окажись она в подобной ситуации. По крайней мере, от одной только мысли об этом ее всю передернуло, от пяток до макушки, от кожи и до самых костей.

Эта мысль так и не давала Лерке покоя. Ни за чаем, ни ночью, когда девчата, сумев разобраться в устройстве старинного дивана, разложили его и улеглись на нем все втроем. Смотрели телевизор и болтали между собой – в основном Тинка с Катюхой. Лерка же оставалась молчаливой, почти как Пуговка, успевшая уже и счистить с усов подцепленную под диваном паутину, и поесть. Вот только причина для молчаливости была у нее совсем другая, чем у мирно дремлющей на одеяле кошки.

– Лерка, ну ты чего? – заметили ее настроение подруги. – Из-за своего этого женатика, что ли, расстраиваешься?

– Да было бы из-за чего, – фыркнула она, как только сообразила, о чем идет речь. – И я же просила больше о нем не вспоминать.

– Точно. Поссорились, – сделала свое заключение Тинка. – Он что, сразу тебе о своем семейном положении не сообщил?

– Сообщил, – вздохнула Лерка и, зная, что от Тинки-паутинки так легко не отвяжешься, решила приврать. – И вообще я на себя больше злюсь. На то, что вообще что-то было. Ясно? А теперь меняем тему.

– Меняем, – проворчала Тинка. – Да ты как будто и не слышала, о чем мы с Катюхой вообще говорим. Ты кого-нибудь еще собираешься приглашать к себе пожить или нет?

– Собираюсь, – кивнула Лерка, сознавая, что без девчонок, одной, ей сейчас совсем было бы тошно.

– Тогда кого? Я хотела Лаврову тебе предложить, но у нее, оказывается, парень появился, и она к нему переехала. Понятно, что с ним ей теперь интереснее, чем с нами.