Завтра на двоих

Так вот, курьер оказался хорошо вооружен. Леху это, разумеется, не остановило, он все-таки вырубил молодца и обшарил его. Забрал кошелек – надо же было как-то оправдывать свой интерес! – а вот наркоту «не нашел». Это был плотный пакетик белого порошка граммов сразу на двести. Примерно как у тебя. Кстати, надо Лехе твой пакет показать.

– А пистолет он у того курьера не забрал? – спросила Лерка, подумав, что подобное средство защиты им бы сейчас совсем не повредило.

– Пистолет он просто запнул подальше. И так на его месте сделал бы любой здравомыслящий человек. Только дурак стал бы разживаться оружием у откровенного бандита: поди угадай, какие «подвиги» висят на этом оружии. И чтобы потом, не приведи господь, тебя накрыли бы с этим пистолетом и все их приписали тебе?

– Об этом я как-то не подумала, – призналась Лерка.

– А надо думать, Лер. Необходимо. Не в той мы сейчас все ситуации, чтобы позволить себе такую роскошь, как легкомыслие. И ты в том числе. Особенно теперь.

– Ты думаешь, в следующий раз они попытаются захватить меня куда откровеннее и наглее?

– Куда больше меня волнует вопрос, не свяжут ли они твою беготню по парку с проникновением в их тайник? Это будет худшим вариантом развития событий. Так что вернуться к тайнику, я думаю, все-таки придется. В ближайшее время, ночью. И сделать что-нибудь так, чтобы они не подумали на тебя.

– Не знаю. Об этом надо с Лехой посоветоваться. И не по телефону, разумеется. Завтра мы должны с ним встретиться для планового обмена новостями. Вот заодно и решим.

– Завтра… – Дожить бы до него! Потому что время тянется так медленно, а ожидание так тягостно! – А сегодня что будем делать? Как вы обычно время коротаете, дожидаясь друг друга?

– Спим, Лер. Поначалу вот так же метались, как ты сейчас, потом это прошло. И в привычку вошло ожидание, и осознавать начали, что наше бодрствование все равно ничем напарнику не поможет. А ведь нехватка сна – это и так сейчас наша проблема. Нередко ведь и обоим приходится срываться среди ночи. И все бы ничего, да только невыспавшийся человек начинает хуже соображать, реакция притупляется. Для нас же это, сама понимаешь…

Да, Лерка понимала. И поэтому нисколько не стала осуждать Толика, вскоре засопевшего носом. А вот сама долго не могла уснуть, как ни пыталась, зная, что утром придется рано вставать. И все ждала, не позвонит ли Толику Игорь, вызывая того на подмогу.

Как и когда все-таки уснула, Лерка не помнила. Но на тихий шелест входной двери вскочила, как по боевой тревоге. Толик тоже проснулся, взглянул на Игоря заспанными глазами и, кивнув: «Ну слава богу, живой!» – перевернулся на другой бок, досыпать.