Рай по завещанию

В чулках и панталонах она встала посреди каюты. Значит, она шлюха? Орудие греха и безнравственности? Иден глянула на изгибы своего тела, длинные ноги… Воспоминание пронзило ее…

– Ты – гнусный лицемер, Рэмсей Маклин! Хотел ты этого или не хотел, но сам научил меня бесстыдству! И ты, ты виноват во всем! В каждой ночи, которую я буду дарить мужчине!

Иден забралась под одеяло и долго лежала, прежде чем ее охватил спасительный сон.

На следующее утро, когда давно взошло солнце, к двери подошел Арло. На его зов никто не ответил, и он ударил по двери кулаком.

– Если хотите войти, у вас есть ключ! – фыркнула Иден.

– Пожалуйста, – услышала она, затем неразборчивый шепот. А еще мгновение спустя тяжелый удар в дверь.

– Продолжайте! Можете разнеси в щепки этот корабль! – выпалила она, глядя, как стены и дверь сотрясаются от ударов. Наконец, дверь поддалась, и, потирая плечо, в каюту ввалился Арло.

– Вы в порядке, миледи? – в его голосе звенела тревога.

– А вы ожидали чего-то другого? Мне позволят сегодня поесть?

– О, – нахмурился он, увидев, что она одета и причесана. – Я за этим и пришел.

– После того, как вчера весь вечер мне пришлось голодать, было бы кстати… – Иден яростно вздернула подбородок и пошла по коридору.

Арло посмотрел ей вслед. Хотел пойти следом, но задержался у порога. Толстые пальцы ощупали задвижку, наполовину вырванную из гнезда. Не удивительно, что Иден в гневе – вчера она не смогла открыть дверь, разбухшую от непогоды. Нужно взять молоток у корабельного плотника. Работы-то на пять минут.

«Эффингхем» мягко качался на волнах, ветер надувал паруса, солнце стояло прямо над головой. Палуба согрелась в теплых лучах, и началась мелкая хозяйственная работа – нужно было вымыть палубу, проверить груз, починить снасти. Кто-то даже затеял стирку. Рэм сидел у борта, глядя на хлопающие на ветру паруса, стараясь ни о чем не думать. Яркие красно-белые полосы и звезды на полотнище флага привлекли внимание. Рэм подумал о колониях, которые теперь стали называться «штатами».

Он потряс головой, стараясь вспомнить пологие холмы, плодородные земли, овец. Да, особенно, овец. И чувство простора. Рэм отправился на Запад, надеясь увидеть плодородные земли, невспаханные поля. Да, он увидел их, а также величественные холмы, покрытые сочной травой. И вода – чистая, сладкая вода.

Рэм нахмурился, мысленно вернувшись в Бостон. Прекрасные гостиницы, элегантные магазины, рынки, вполне способные соперничать с лондонскими. Улицы были в большинстве своем чистыми, люди – трудолюбивыми. А также доброжелательными. Место, где жизнь бьет ключом. Это не Скайлет со всеми его проблемами. Нужно было проплыть полмира, чтобы понять, что родной дом Рэма – убогая окраина.