Завещание

Тамиль хотел, что бы до Бала его жена обжилась в доме и посмотрела столицу, ведь потом они сразу уедут и следующий раз представится не скоро. Он предполагал, что это случится не раньше, чем герцогиня разрешится от бремени и ребенок подрастет настолько, что бы он мог переносить портал."

"Беременность Деми переносила легко и сейчас, на третьем месяце, она пока никак не сказалась на ее фигуре. Разве что и так красивая грудь стала чуть больше и взгляд стал глубже и мягче. Герцогиня немного переживала, что ее внешность после второй брачной ночи — нет! — Первой Ночи Любви! — существенно изменилась и из зеркала на нее теперь смотрела очень красивая молодая женщина. Вроде, это ее же черты, ее глаза, ее волосы, единственно, они стали на тон светлее — но эта пока еще не очень ей знакомая Деми мало напоминала нескладную и не яркую прежнюю Демиану с всегда гладко причесанными волосами и унылыми платьями.

В дверь постучали.

— Да?

— Миледи, — вошла Эли. — Господин Габриэль прислал лакея с известием, что в замок прибыла Ваша матушка. Он спрашивает, где Вы пожелаете ее разместить и угодно ли Вам сейчас спуститься или подождете, пока ее милость приведет себя в порядок и отдохнет с дороги?

— О! Устройте баронессу в розовых покоях в гостевом крыле, подайте ей закуски и напитки — что она пожелает — и передайте, что я буду рада видеть ее за обедом.

— Да, миледи. — И Эли исчезла за дверью.

Деми рассеянно почесала носик — с матерью она не виделась со дня свадьбы и не виделась бы еще столько же. Ее мама была очень властным и скандальным человеком, помыкала и мужем и детьми и Деми очень не хотелось после месяцев, когда она была сама себе хозяйкой, опять попасть под матушкину власть.

Тамиль приезду баронессы также не обрадовался, но не выгонять же мать жены? Он как-нибудь потерпит два дня, а там они в столицу, а дорогая родственница — назад к мужу.

Слуги сбились с ног, стараясь угодить капризной баронессе. Можно было подумать, что в своем доме она привыкла спать на лебяжьем пуху и вкушать нектар — ей все было не так!

— Постель слишком мягкая, невозможно терпеть. Стой, куда понесли одну перину? Нет, я ясно сказала — постель недостаточно мягкая и это значит, что надо не убирать, а добавлять!

Это что такое? — брезгливо всматривается в блюдо. — Тушеная оленина с овощами? Всесветлая, где вы нашли этого повара? Он совершенно не умеет готовить и только портит кушанья! Нет, блюдо не убирайте, я себе еще положу и вон то тоже оставьте и вообще, пока я не встану из-за стола — я ем и убирать ничего нельзя! А когда обед? Через час? Да можно с голоду умереть, принесите еще жаркого и колбас.