Заучка на тропе любви

– Потрудитесь объяснить, что происходит, святой отец, – потребовал он, легко спрыгивая на камень дороги.

Грозный лорд Вольфрам собственной персоной.

Сабина тихо пробурчала что-то под нос… когда за его спиной появилась рыжая дознаватель. Не менее грозная, стоит отметить. Иногда я сомневаюсь, что они родственницы.

– Дети перенесли огромное потрясение, столкнувшись со смертью, – пояснил святой отец, нисколько не стушевавшись под напором наших родителей.

Стоит отдать ему должное, большинство бы начали мямлить и пытаться сбежать.

– Что вы вынюхиваете? – прищурился отец, становясь передо мной и Сабиной.

– Господин Фист был моим другом…

– Как и судья Моррей, – холодно усмехнулась Стрэндж.

Она встала возле Сабины и положила ладонь на её плечо.

– Пожалуй, Святой Отец, нам стоит пообщаться в ведомстве.

– Если вам будет угодно, – сухим тоном отозвался он.

Священник отправился к своей карете, а мы остались с родителями.

– Плохо это, – дознаватель растёрла переносицу, буквально за секунды из железной леди преобразившись в обеспокоенную мать.

– Что будешь делать? – спросил у неё встревоженный отец.

– Проводить всё официально. Но получить разрешение на арест священника и обыск церкви весьма сложно. Я добьюсь разве что увольнения, – она тяжело вздохнула, приобняла дочь за плечи. – Что он от вас хотел?

– Расспрашивал о смерти Фиста, – объяснила Сабина, недовольно сморщив носик. – Получается, отец Иордан в числе подозреваемых?

– Немногие знали, что Фист вопреки диете прячет у себя еду. Только близкие и особо наблюдательные. Круг подозреваемых довольно узкий.

Коротко усмехнувшись про себя, я качнул головой. Ответила в духе всех служителей порядка, расплывчато и никакой конкретики, но таким тоном, будто расщедрилась на важную информацию.

– Пожалуй, у нас нет выбора. Вы под ударом, дети, – Стрэндж взглянула на моего отца в поисках поддержки.

– Вам запрещается покидать академию, – произнёс он, прямо посмотрев в мои глаза.

– Что?! – ахнула Сабина.

– Вы, похоже, прибыли в академию воскресным днём не для того, чтобы узнать, как у нас дела, – зло проговорил я. – Мы под «домашним арестом». Чем ещё порадуете? Обручением?

Глава двадцать восьмая

/Сабина/

– Не на улице, – ровно произнесла мама и жестом пригласила нас в ожидающую карету.

Мы с Бастером сели на одном сиденье напротив родителей, и если я, внешне относительно сохраняла спокойствие, Бастер бесился, и бесился именно из-за отца.

– Вы не хотите нам ничего рассказать? – строго поинтересовалась мама, глядя на нас своим пронзительным взглядом. – Тайник Фиста оказался пуст и только вы находились с ним в последние минуты жизни.