Заучка для Бунтаря

Звук закипевшего чайника заставляет меня вздрогнуть. Очнуться. Я отчаянно начинаю копошиться, вырываюсь из рук парня и бросаюсь к чайнику. Дрожащими руками засыпаю заварку в заварочный чайник и заливаю кипятком, сверху накрываю полотенцем. Ладошками упираюсь в столешницу, низко опускаю голову и часто, надсадно дышу. Моё сердце колотится где-то в горле, а ноги мелко дрожат, будто я пробежала десяток километров.

Над плечом мелькает крупная рука. Артур неслышно подошёл ко мне со спины, и теперь упирается ладонью в навесной шкафчик над моей головой.

Замираю. Не слышу ничего кроме частого дыхания за спиной. Не чувствую ничего, кроме жара его огромного тела. Стоит признать, рядом с ним я чувствую себя ничтожно маленькой.

— Мамочка, — со стоном выдыхаю я, когда пальцы Артура касаются кожи у кромки волос на задней поверхности шеи.

Это прикосновение лёгкое, будто прикосновение крыльев бабочки. Совсем нехарактерное для Артура. Лишённое напора и ярости.

Все мелкие волоски на теле встают дыбом, когда парень медленно, безумно медленно ведёт по шее вниз. Прикасаясь к позвонкам и тонкой коже лишь подушечкой указательного пальца. От места прикосновения в рассыпную бросаются мурашки. Кожа, где касается Артур, пылает. Будто все нервы оголились. Будто кожа стала тоньше в тысячу раз.

Я ещё ниже опускаю голову, жмурю глаза и кусаю губы, чтобы сдержать звуки, которые норовят вырваться изо рта. Я готова лишиться сознания. Рухнуть на плитку без чувств. Потому что они просто выгорят, потому что их слишком, слишком много. Избыточно.

Пальцы парня останавливаются у ворота домашней футболки. Дрогают. А потом скользят обратно вверх. Теперь уже с нажимом, присущим Артуру. Но от этого прикосновения не менее головокружительные. Они выбивают почву из-под ног и заставляют захлёбываться собственным сбитым дыханием.

Отчего-то кажется, что обжигающие губы сейчас заменят пальцы. Проложат цепочку поцелуев до ворота футболки. Повторят путь пальцев, оставляя влажный след. Я будто… будто хочу этого. Страстно желаю, сгорая изнутри.

И ещё ниже опускаю голову. Ещё больше оголяю шею. Я будто бы безмолвно говорю Артуру, что окончательно сдалась. Отдалась в его волю. Позволяя делать со мной всё, что он пожелает. Если он решил со мной играть, пусть играет. Пусть играет, только бы не убирал от меня сейчас своих рук. Только бы не лишал сейчас меня тепла своего тела. Слишком хорошо.

Пальцы Артура скользнули под ворот футболки, коснулись выступающих ключиц. После чего исчезли, заставив меня разочарованно всхлипнуть.

Артур оттолкнулся от дверцы шкафа и отошёл, лишив меня жара своего тела. Мне в тот же миг стало холодно. Повела плечами. Набрала в грудь воздуха и тут же потянулась за чашкой, лишь бы чем-то занять руки.