Заучка для Бунтаря

Я быстро вытираю руки бумажным полотенцем, выбрасываю его в урну и разворачиваюсь, чтобы поскорее уйти.

Что-то мне подсказывает, что девушки не просто так сюда пришли. Что подруги Маши, которые выступают вперёд из-за её спины, намереваются сделать что-то плохое. Я решаю не ждать, бросаюсь к двери, но, конечно же, не успеваю. Маша со всей силы толкает меня в плечи, я лечу на пол и больно ударюсь затылком и спиной о раковину. Вскрикиваю от пронзившей всё тело боли.

— Без посторонних глаз и ушей мы поговорим, Заучкина! На меня смотри! Запомни раз и навсегда — Артур Бунтарёв мой. Мой парень! Мой мужчина. Если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с ним — убью. И я не шучу. Видишь это? — демонстрирует острую пилочку для ногтей. — Штучка маленькая, но очень острая. Твоя уродливая мордашка может стать ещё страшнее.

— Пусти меня, пожалуйста, Маша. Мне больно, — я вскидываю руку и пытаюсь расцепить пальцы девушки на своём затылке.

— Фу, блин! Ты ещё и плешивая, — девушка с брезгливостью трясёт рукой, стряхивая клок волосы, который она вырвала. — Чёрт, какая мерзость. Ты хоть не вшивая?

Маша острым носком каблука бьёт меня в рёбра. Я вскрикиваю от пронзившей всё тело боли и хватаюсь за рёбра. Боже. Как же больно!

— Что ты возишься с ней, зая? Она откровенно флиртует с твоим парнем, а ты рожу эту лживую не расцарапала, — Илона подходит к Маше и кладёт руку на точёное плечо. — Всеки ей хорошенько.

— Ну, может, Бунтарёву что-нибудь предъявить? — подаёт голос Катя. — Никто ведь его не заставлял вчера тащить Учкину в ресторан.

— Ты вообще на чьей стороне? — Маша оборачивается к подруге. — Если бы эта тварь задницей своей жирной не крутила, ничего бы не было.

— Маш, он будет в бешенстве.

— Катя, закрой свой рот. Я с ним разберусь, знаю способы, как удовлетворить своего парня, — смеётся напряжённо Маша.

Катя ничего не отвечает, только уходит из туалета. А Маша снова поворачивается ко мне, чтобы взглядом заскользить по моему телу. Я, чувствуя неуверенность, подтягиваю колени к груди и натягиваю на них юбку платья. Обхватываю себя руками. Насторожённо смотрю на Машу. Дико сильно боюсь, что девушка вновь причинит мне боль.

— Какая же ты жалкая, Заучкина. Эти обсосанные волосы, платье, — кривит нос. — Ты где его взяла? На какой помойке откопала? Это ведь дно. Одно неаккуратное движение, — дёргает за рукав-фонарик, который с жалобным треском отрывается. — Упс, оторвалось. Ай-ай-ай, как же так? Какое хлипкое платье.

— Маш, ты зачем это делаешь? — дрожащим голосом спрашиваю я. — Я ведь ничего тебе не сделала! Ничего! Прекрати, пожалуйста."

"— Только не строй из себя эту невинную овечку, Учкина. В твоих лживых глазах отражается вся жажда наживы. Решила таким образом бабла получить? Через моего Артура? — склоняется и сощуривает глаза.