Зацепить 13-го

 — Потому что по уши влюблен в эту девчонку.

— Перестань, — предупредил я.

— Ладно, — поднял руки он. — Больше ничего не скажу.

Мы долго сидели молча. Гибси выкурил еще одну сигарету, и потом я прервал молчание:

— А ты знаешь, что она круто играет в «Плейстейшн»? Реально как геймер.

— Без шуток? — удивленно посмотрел на меня Гибси.

— Она меня сделала, и я ни разу не видел, чтобы кто-то проходил миссии с такой скоростью.

Гибси выдохнул облако дыма и выкинул окурок в окошко.

— Никак у нее был листок с чит-кодами?

— Он ей не нужен, — пробормотал я, поднимая стекла всех окон. — Она все коды знает на память.

— Ого! — простонал Гибси. — Как это сексуально!

— Выметайся, — бросил я.

— Я не думаю о ней в этом смысле, — засмеялся он, открыл дверцу и вышел.

50. Протекания и парни-герои

Во вторник утром я бесконечно долго не могла вытащить себя из постели.

Мне было так больно, что хотелось спрятать голову под подушку и никуда не ходить.

Но остаться дома означало бы провести весь день под одной крышей с отцом, и это было хорошей мотивацией пойти в школу.

Однако возможность неминуемой встречи с Джонни заставляла серьезно задуматься.

Мозги загонялись, а тело было в агонии.

Когда я вылезла из автобуса в Томмене, мне казалось, будто тело решило разорваться на части изнутри и начало с живота.

Куртку Джонни я выстирала, высушила, упаковала в пластиковый пакет и засунула в переднее отделение рюкзака, чтобы вернуть ему, как мы и решили с Клэр.

Я собиралась отдать куртку и сбежать.

Еще лучше, если мне попадется Гибси, — тогда отдам куртку ему, и дело сделано.

Все утро я высматривала Джонни в коридорах, но мы нигде не пересеклись.

В голове теснились миллион и еще один вопрос и всякие тревожные мысли.

Я и так знала, что ему плохо и у него все болит.

Но вдруг ему стало хуже?

Это из-за приводящей мышцы?

Может, он в больнице?

Боже, какая я жалкая!

Я бы тревожилась из-за его отсутствия еще больше, если бы у меня самой живот не болел так сильно.

Живот сводило судорогой, каждая мышца пресса мучительно сокращались, словно лезвия резали меня изнутри.

Дело было не в тревожном расстройстве.

Нет, определенно дело в чем-то другом.

Боль изводила, не давая сосредоточиться на уроках, и не было девчонок, чтобы отвлечь меня. Клэр отправилась на свой блиц с женской хоккейной командой, а Лиззи вообще не явилась в школу.

У Лиззи был желудочный грипп, и я со своим везением вполне могла от нее заразиться.

Я двигалась, как автомат, на всех уроках сидела одна, пытаясь слиться с обоями и моля Бога, чтобы только не потерять сознание.

К большой перемене я решила, что с меня достаточно мучений, и уже готова была сделать что-нибудь аморальное ради пары таблеток парацетамола и стакана воды.