Зацепить 13-го

 — Он массировал себе грудь, глуповато улыбаясь. — Я знаю, как девчонки могут психовать от разговоров про вес.

— Я не похожа на большинство девчонок, — морща нос, ответила я и указала на себя. — Как ты можешь заметить.

— Нет, — тихо подтвердил Джонни, следя за движениями моей руки. — Ты не похожа на других.

Возникла долгая и неловкая пауза, во время которой мы просто смотрели друг на друга.

Молчание сбивало с толку, но буравящий взгляд его синих глаз нервировал сильнее.

Глаза были слишком проницательными.

Слишком всевидящими.

— Хочешь еще колы? — спросил Джонни, разряжая напряжение.

— Мм… — Я взглянула на часы и снова на него. — Не знаю.

— Не знаешь? — удивился Джонни.

Я беспомощно пожала плечами.

— Ты пить хочешь? — спросил он. — Как думаешь, заказать еще что-то попить?

Я беспокойно оглянулась, обнаружив десятки пар глаз, следящих за нашим столиком.

У меня сердце чуть не выскочило.

Увиденное мне не понравилось.

— Шаннон. — Джонни выжидающе смотрел на меня, держа в руке бумажник. — Так взять тебе что-нибудь из напитков?

Я наклонилась к столу, жестом показав, чтобы он сделал то же самое.

Он нахмурился, но спорить не стал.

— Джонни, — прошептала я ему на ухо, — у меня такое ощущение, что за нами следят.

Я выпрямилась, снова оглянулась и заметила, что за это время стол девчонок-тинейджеров непонятно как стал ближе к нашему. Посмотрев на Джонни, я энергично закивала:

— Джонни, за нами действительно следят.

Он выглядел крайне раздраженным; тяжело выдохнул и запустил руку в волосы:

— Извини, что так происходит.

Он сокрушенно кивнул:

— Прости. Не обращай на них внимания.

— Как? — хрипло спросила я, чувствуя себя экспонатом на публике.

Джонни молча смотрел на меня, затем отодвинул стул и встал.

— Идем, — сказал он, протягивая мне руку. — Я возьму тебе напиток, а потом мы перейдем в лаундж.

— Здесь есть другой зал, меньше. И тише. — Он оглянулся и едва слышно пробормотал: — Может, там на нас не будут пялиться.

Ему это тоже не нравилось.

И он умел держаться так, словно ему все равно.

Но не то чтобы ему было от этого комфортно.

К такому выводу я пришла, принимая его протянутую руку.

Я смущенно проследовала с Джонни к барной стойке, где он заказал нам напитки, а потом открыл дверь сбоку от бара и ввел меня в тускло освещенный зальчик.

Судя по атмосфере, лаундж предназначался для молодежи: бильярдные столы, мишени для дартса на стене, а в углу — музыкальный автомат.

Я заметила подростков в формах разных местных школ.

Как и при входе в главный зал, все головы повернулись к Джонни. Кто-то кивнул, кто-то бросил привычное «Как делишки, Кав?» — но все тут же вернулись к своим играм и разговорам.