Зацепить 13-го

Они уже отказались от двух предложенных дат плей-офф — в Корке и Дублине соответственно.

Они устраивали свои мозгозасирательные трюки, рассчитывая выбить нас из графика и нарушить расписание матчей.

Они оспаривали все подряд: от времени начала матча и дня недели до цвета футболок, в которых должны играть регбисты на выезде.

Официально Ройс-колледж имел право менять дни, передвигать матчи и определять места проведения, но эта была подлая тактика, к которой прибегали лишь немногие школы.

Тренер Ройса был редким занудой, он бодался за место игры и прикапывался к законности того, что в составе команды Томмена игрок международного уровня.

Дебил хватался за соломинку, потому что я имел полное право играть за Томмен — я там учился.

Останься мои родители в Дублине, я бы играл за Ройс, и тогда мой международный уровень никому бы не мешал, это и было истинной причиной.

И потому наш тренер хотел поговорить со мной как можно скорее.

Ему нужно было определяться с датой матча, и он хотел узнать мое расписание.

В следующую пятницу мы уходили на пасхальные каникулы, так что матч с Ройсом должен был состояться как можно скорее.

Моей главной заботой оставался летний сезон и необходимость произвести соответствующее впечатление на скаутов, поэтому апрель и май меня никак не устраивали.

В Ройсе это знали, отчего мы и оказались в тупике.

Как бы я ни относился к школьной лиге, какой бы скучной и слабой ее ни считал, но я до жути ненавидел злобных лузеров.

И потому я планировал урыть Ройс-колледж при первой же возможности.

— И когда вы с ними играете? — спросила Белла.

— Ты ведь будешь играть против своих давних друзей и товарищей по команде? — задала новый вопрос она. — Если бы не переезд, ты бы учился в Ройсе?

— Здесь и сейчас я нахожусь в графстве Корк, — напомнил я ей.

— И все-таки, тебя тревожит встреча с бывшими друзьями?

— Я всегда готов, — равнодушно глядя на нее, ответил я.

— Это я знаю, — кокетливо промурлыкала она.

Я тряхнул головой и собрался уйти, но она снова открыла рот.

— Я хотела поговорить с тобой еще об одном, — объявила Белла, подходя ко мне.

— Да? — Я попятился от нее. — Это о чем же?

— О нас, Джонни, — тем же кокетливым тоном произнесла она, стреляя в меня взглядами больших синих глаз.

— Белла, никаких «нас» нет, — хмурясь, ответил я. — И никогда не было.

— Тогда чем это мы с тобой, Джонни, занимались в прошлом году? — резко спросила она, сбрасывая маску невинной школьницы.

Впрочем, подоплека была мне известна.

Ей не требовалось разыгрывать передо мной этот спектакль.

Я хорошо знал ее истинные намерения.

— Не знаю, — сухо ответил я на ее вопрос. — Но чем бы оно ни было, это осталось в прошлом.

— Ты что, трахаешь мне мозг? — спросила она, упирая руки в бока.